Первая — увиденный в деревне черный «Мерседес» с московскими номерами — зарегистрирована на Липатову Марину Владимировну. А ездил на ней с недавнего времени некто Корсунский Валерий Андреевич, фитнес-тренер одного из московских спортивных центров. Еще за пару телефонных звонков удалось установить, что именно этот центр регулярно посещала Марина Липатова, а Валерий Андреевич до того, как заделаться фитнес-тренером, окончил медучилище по специальности «фельдшер».
Вторая машина была той самой, на которой на встречу к Гоше Липатову приезжала неизвестная длинноволосая девушка с шикарным риджбеком на поводке.
Немного подумав, Никита позвонил и ей, задав всего один-единственный вопрос, ответ на который его полностью удовлетворил.
Мысли в голове ворочались, как тяжелые камни. Они терлись друг о друга, издавая чуть слышный треск. Словно искры проскакивали. Еще немного подумав, Чарушин достал из кармана визитку, подобранную на лестнице.
Официально звонить в частный медицинский центр, чтобы получить там информацию, выглядело наивностью, а наивным Чарушин не был. Впрочем, название московской клиники было ему смутно знакомо. Что-то такое ему рассказывала Полина. Мол, одна из ее клиенток, в доме которой она прибиралась до родов, сейчас уехала в Москву, потому что вышла замуж за владельца медицинского центра, крутого врача и вообще успешного чувака. Даже если Чарушин что-то путает и это другой центр, все врачи наверняка знают друг друга.
Да и вообще, попытка не пытка.
Он позвонил жене и коротко сформулировал задачу.
— Ну да, это тот самый центр, — уверенно сказала Полина. — Его владельца и главного врача зовут Витольд Семенов, и он теперь женат на моей клиентке Элеоноре Бжезинской. В общем, Никита, я сейчас все узнаю.
— Пони, они будут говорить тебе про врачебную тайну и все такое, но мне это очень важно, — взмолился Чарушин.
— Постарайся получить информацию, ладно?
— Да Элеонора — отличная тетка и все понимает, — с уверенностью в голосе сказала Полина. — Я все узнаю, обещаю.
Спустя час Чарушин тоже был готов во всеуслышание подтверждать, что Элеонора Бжезинская — отличная тетка. Впрочем, слово «тетка» не подходило к ней, элегантной умнице и красавице, совершенно, но Чарушину сейчас было не до стилистических тонкостей.
