Альфива стояла у окна, грустно смотря на закат, понимая, что погода ухудшается. Собранные два чемодана с вещами сиротливо стояли у кровати, готовые тронуться в путь, как только соизволит хозяйка. Утром она была намерена покинуть замок. Вторая её попытка за последнее время, которая обязана увенчаться успехом. Следовало предупредить императора о скором отбытии, потому что сбегать без объяснения причин было бы верхом наглости. Только и быть куклой, которая поможет избавиться от конкуренток, а потом будет и сама выдворена отсюда, она не желала.
Сердце Ингальвура занято красивой драконицей, и это не просто сплетни. Она видела собственными глазами, как он стоял перед Авилиной на коленях. Для чего этот глупый отбор, если после него ей всё равно придётся отправиться домой? Что будут говорить потом, когда она вернётся из замка, одержав победу? Что император ошибся в выборе? Что дочь Эльдрика не достойна Ингальвура, потому он отверг её? Что она — бракованная невеста?
Нет, нет и нет! Надежды на то, что император обратит на неё своё внимание, растаяли, как дым.
И отчего-то сердце сжалось от грусти, что её симпатия не взаимна.
Стоя у окна, она смотрела, как садится солнце, когда внезапно из ниоткуда набежали тучи. Конечно, эльфы умели управлять погодой, но чтобы так резко белые крохотные облачка превратились в чёрное плотное полотно, из которого тотчас принялась литься вода! И раскат грома: оглушительный и пугающий достиг её ушей, отчего она невольно обхватила себя руками."
"Альфива с удивлением различила фигуру: светловолосого юношу, бегущего в сторону сада.
Император⁈ Она не могла ошибиться, потому что тёмно-синий камзол был покрыт золотыми полосами. Но что произошло?
Бросившись из комнаты, она мигом сбежала с лестницы, достигая холла, и открыла дверь, натыкаясь на дракона.
— Простите, — извинилась, когда он поймал её, чтобы не упала. И тут же стена дождя соединила небо и землю. — Я видела императора, он отчего-то бежал в сторону сада.
— От себя, — грустно ответил Леотард, только что он мог поделать, когда страдало любящее сердце? Каждый волен сам решать, что творить со своей жизнью.
Авилина в положении. И, если она простила своего генерала, так тому и быть. Никто не вправе решать за мужа и жену. Лишь они сами. К тому же Зоран доказал, что пойдёт на всё ради эйры. Он мог бы и дальше предаваться любви с другой, вместо этого стал изгнанником, потеряв статус и звание.
Авалосы должны отправиться обратно в Аскард, а Ингальвур обязан остаться здесь.
