– Сегодня, – с набитым ртом ответил он ей. Одной рукой Глеб расправился с голубцом, другая летала над клавиатурой ноутбука. Трубка, отложенная на время, дымилась на столе.
– Глеб, я тебе совсем не нужна?
– Тань, давай не будем об этом. Случилось то, что случилось. – Он отбросил вилку, закрыл ноутбук и начал раскуривать трубку.
– Не будем об этом?! – Она все-таки завелась. – Я что – игрушка? Поиграл, надоела, выбросил?!
– Тань, не кричи! – Он поморщился. Он не выносил выяснения отношений. Он привык, что все вокруг просто поступают так, как ему хочется, при этом продолжая к нему хорошо относиться.
– Не кричи! Я люблю ее. Она такая... м-м-м, – Глеб не сразу смог подобрать слово, – ну, в общем, я не знаю, как в наше время может еще сохраниться такая женщина. Это как вода откуда-то с гор!
– М-мда, моя вода попахивает городской канализацией! – усмехнулась Таня и выбросила свой голубец в мусорное ведро вместе с тарелкой. Хотелось заплакать, но слез не было.
– Тань, ну что тебе стоит перенести вещи в соседний подъезд? – почти заискивающе спросил Глеб.
– Ну хоть на недельку! И вообще, – он повысил голос, – ты же сама говорила, что пора разводиться!
– Я не подумала, когда так говорила – усмехнулась Таня. – Слушай, а ведь я имею право на эту квартиру! Ты не имеешь права меня выгонять! Я тут прописана. Это моя квартира!
– Твоя квартира в соседнем подъезде. – Глеб опять отключился от действительности, пускал сизый дым и тыкал в компьютере какие-то кнопки.
– Там квартира моей мамы, – тихо сказала Таня.
Она прижалась спиной к стене и чувствовала себя словно на расстреле.
– Да кто ты такая?! – Глеб вскочил и уставился на нее черными, бешеными глазами. – Кто?!
Таня зажмурилась.
– Сексбомба, – прошептала она.
Опешив, Глеб замолчал, а потом рассмеялся:
– Сексдура ты! Нельзя тринадцать лет любить одного человека! Это не-ре-ально! Мы родственники, а не любовники!
Он вышел из кухни, шарахнув дверью, а она осталась стоять.
Таня простояла так долго, пока руки, сцепленные сзади в замок, не затекли.
В дверь неожиданно позвонили. «Она!» – подумала Таня и пошла открывать. У них в доме так было заведено, что двери всегда открывала она. Интересно, будет ли таким же исправным швейцаром та соплюшка, которая метит на ее место?
На пороге стояла Сычева и улыбалась во весь свой белозубый, красивый рот.
– Тань, а я к твоему! – сказала она. – Нам поработать надо. Завтра сдавать материал, он сам навязал мне соавторство!"
"– Заходи, Танюх, – кивнула Таня.
