Нино тоже напрягся рядом со мной. Римо притянул Адамо еще ближе, глядя на него сверху вниз.
— Ты чертов ребенок. Ты не знаешь, о чем говоришь. Возможно, я защищал тебя слишком долго. Возможно, мне следовало посвятить тебя раньше, как Савио.
— Когда это ты меня защищал?
Римо отпустил его с жесткой улыбкой.
— Я заказал пиццу. Или ты слишком хорош, чтобы есть с нами?
Адамо завис на лестнице, затем медленно спустился вниз и направился к нам. Он сел на диван напротив нас. Он улыбнулся мне и кивнул в сторону Нино.
— Где Савио? — пробормотал он.
— С Диего, — сказал Римо.
— Может, тебе тоже стоит почаще выходить на улицу, — пробормотал Адамо.
Римо сел рядом с Нино.
— Кто-то должен убедиться, что Запад остается в наших руках. Я слишком сильно боролся, чтобы потерять его из-за лени.
Я поняла, что Римо и Нино почти не выходят из дома. С Нино я думала, что это потому, что теперь я его жена, но Римо тоже был дома, если только не занимался делами с братьями или Фабиано. Они жили в своем маленьком мирке, в который меня пустили.
Я привыкла быть Фальконе.
После ужина мы с Нино вернулись в спальню и посмотрели несколько видеороликов прошлых гонок с его братьями. Мы приготовились ко сну. Я сидела у изголовья кровати, когда он присоединился ко мне, выглядя почти настороженно. Он беспокоился о сегодняшнем вечере?
— Кейджей сказала тебе, что я с ней спал?— тихо спросил он, вытягиваясь рядом со мной.
— Да ... сказала. Но это прошлое. Я не держусь за твоё прошлое. Ты не держался за мое.
Нино нахмурился.
— Я ничего не могу иметь против тебя, потому что ты не сделала ничего плохого.
— Знаю, — сказала я.
— Неужели?
Я вздохнула. С точки зрения логики, да, но иногда я все еще чувствовала себя виноватой, что было глупо, но это было что-то глубоко укоренившееся во мне, которое трудно было стряхнуть.
— Ты когда-нибудь чувствовал себя виноватым в том, что делаешь? За то, что ты сделал сегодня?
Нино считал, что.
— Не совсем. Как я уже сказал, я не чувствую жалости. И эти ублюдки из отряда сделали бы то же самое, если бы добрались до одного из наших.
Я зевнула. Он поднял руку, и я прижалась к нему, опираясь на его грудь, и нежно поцеловала его. Мы редко целовались, в основном во время секса. Нино нежно коснулся моего затылка, а другой рукой коснулся моей руки.
— Это еще зачем?
— Я просто хотела поцеловать тебя, — призналась я. — Или тебя это беспокоит? Вне секса, я имею в виду.
Нино наклонил голову, его большой палец слегка погладил мою шею.
