Отчего-то вздохнув, уселась на место и без особого интереса начала ковыряться в оливье, не поднимая глаз от тарелки.
Князь потянулся к хрустальному графинчику с вишневым компотом:
– Позвольте поухаживать за вами, сударыня?
Аля молча кивнула, по-прежнему не поднимая глаз, и он наполнил прозрачный высокий стакан темно-рубиновой жидкостью из графина.
А потом вдруг произнес невпопад:
– Вы окажете мне честь? Потанцуете со мной?..
Альбина удивленно уставилась на мужчину:
– Потанцевать?..
С экрана телевизора в эту самую минуту, словно по заказу, полились звуки неторопливой плавной мелодии, дублируемой высоким, хрустально-чистым женским голосом, и многочисленные пары танцоров закружились по нарядному залу вокруг огромной, в потолок, украшенной ели, сверкающей мириадами разноцветных огоньков.
А мужчина уже встал из-за стола и направился к девушке, протягивая ей руку:
– Да! Вот и музыка вполне подходящая!.. В праздники всегда танцуют! Я вас приглашаю!
– Да, я знаю, – ответила девушка.
– Просто… Наши танцы… Наверняка ведь, они отличаются от того, что танцуют у вас!
– Мы просто отдадимся мелодии! Давайте! Положите руку мне на плечо, вот так… Доверьтесь мне, Альбина!
Его пронзительно-синие глаза как будто в самую душу ей заглянули, и девушка зачарованно вложила пальцы в большую мужскую ладонь, сухую и теплую, а вторую руку опустила невесомо на предплечье, обтянутое черной тканью.
Свободная рука Ярослава легла ей на талию, и он ненавязчиво увлек Алю на середину комнаты, свободную от мебели.
Если это и можно было назвать танцем, то с очень большой натяжкой, потому что они просто топтались на одном месте, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Время от времени мужчина поворачивался вместе с партнершей то в одну, то в другую сторону, не сводя с нее внимательного взгляда. Даже на каблуках девушка была много ниже него, и широкая грудь мужчины приходилась как раз напротив глаз Альбины. Вот в нее она и уткнулась взглядом.
Но в какой-то момент, почувствовав, как он чуть крепче сжал ее пальчики, подняла на него глаза и мгновенно утонула в глубокой синеве:
– Что?.."
"– Вы слишком зажаты, расслабьтесь! Я не питаюсь красивыми девушками, – лицо князя оставалось серьезным, но в глубине глаз прыгали озорные искорки.
Он притянул девушку к себе так, что она прикоснулась щекой к груди мужчины, и тут же услышала, как под ее ушком ровно и мощно стучит чужое сердце.
