Ник отпрянул в сторону и сорвал с плеча винчестер, с которым в последнее время предпочитал не расставаться, передёрнул затвор и приготовился к отражению атаки разъярённого зверя.
Ещё совсем недавно у него не возникло бы и тени сомнения: если ягуариха и её детёныш хотя бы немного мешают выполнению задания, то их необходимо незамедлительно пристрелить – без малейших раздумий и пошлой жалости."
"Сейчас же, после всех последних событий: ранения Айны, свадьбы капитана Зорго и сеньоры Сары Монтелеон, наконец, после грустных картинок, увиденных в тайных подземных камерах, он как-то – незаметно для самого себя – изменился, словно став немного мягче и задумчивей.
Не отрывая взгляда от ближайшего кустарника, держа винчестер одной рукой и уперев его приклад в скальный вырост, выступавший из склона холма, Ник другой рукой достал из нагрудного кармана каменный свисток, подаренный Джедди, и поднёс его ко рту.
Через минуту зашелестели ветки кустов, среди них замелькало сильное пятнистое тело.
Ещё мгновение, и на поляну грациозно выпрыгнула самка ягуара.
Круглые жёлтые глаза неотрывно глядели на Ника, толстый хвост нервно стучал по земле, зверь – явно – готовился к прыжку.
Ник подул в свисток, раздалось шипение, едва слышимое для человеческого уха. Ягуариха тут же сжалась в комок, обхватив мощными передними лапами голову, пытаясь оградить свои уши от страшных и неприятных звуков. Ей нестерпимо хотелось убежать – куда глаза глядят, но могучий материнский инстинкт приказывал – оставаться на месте…
Ник дунул в свисток ещё раз.
Могучая, в самом расцвете сил, самка ягуара отчаянно затряслась всем своим мускулистым телом и жалостливо завыла, словно бы умоляя человека пощадить её и проявить снисхождение.
Облегчённо вздохнув, Ник отошёл метров на сто в сторону.
Ягуариха, не отрывая от него тревожного взгляда, проползла на брюхе к нише-норе и громко мяукнула. Тут же из-за коряги ей навстречу бросился детёныш: размером со взрослую упитанную камышовую кошку, светло-палевый, без единого чёрного пятнышка.
Самка ягуара торопливо облизала своего отпрыска и, ловко ухватив за шкирку, поволокла его куда-то, уже не оглядываясь, словно понимая, что опасность миновала…
Ник отбросил корягу в сторону и, пряча нос от нестерпимого звериного запаха в воротник куртки, вытащил рацию наружу. Брезентовый чехол был порван в мелкие лоскутья, на пластиковом футляре передатчика виднелись глубокие следы от звериных когтей и зубов.
«Не дай Бог, испортили аппарат», – сердито подумал Ник.
