Без всякого тщательного прощупывания и “погоди, сейчас я напрягу и ты заценишь, как я потренировался сегодня в зале”, и бесконечного чувства разочарования после унылых мешочков кожи.
Моя рука на автомате сжимается вокруг его груди, а потом я будто бы опоминаюсь, покраснев еще сильнее, и вместо пальцев вонзаю в эту твердыню ногти.
Профессор даже не дергается. Любой другой бы уже отстранился бы, или поморщился от боли, но этот просто опускает взгляд вниз, на мою руку.
Глава 9
Какое-то время назад.
— Слышала, наш Петр Василич уволился? — произносит Алена, нанося перед зеркалом женского институтского туалета на губы мазь.
— Вроде как у него сын заболел, и пришлось ему отчалить в Новосиб, чтобы за ним ухаживать. Говорят, кого-то нового на его место уже взяли. Блин.
Она убирает от губ блестящий от мази палец и, нахмурив бровь, рассматривает себя со всех сторон.
— Я только подколола губы, и они все в синяках. Что, если он симпатичный, а я с таким лицом, а?
— Боже. — вздыхаю я. Я единственная, кто скучающе ждет всю эту бабскую толпу, которая внезапно решила навести марафет, словно впереди не три пары, а конкурс “Мисс Институт”.
— Где ты видела симпатичных преподавателей, кроме женщин? Мужики поголовно предпенсионного возраста.
— У моей знакомой в колледже есть симпатичный препод. — отзывается с другой стороны зеркала Лиза. Она поправляет колготки, заколов длиннющие блондинистые волосы на макушке, и задрав юбку по самые уши, и ее даже не смущает, что в любой момент может открыться дверь и выставить на всеобщее обозрение ее зад в трусиках “танга”.
— Это редкость...
— У моего друга тоже есть симпатичный препод по физкультуре, так что не такая уж редкость.
— Это тебе друг рассказал? Он гей?
— Ты нормальная? Он не гей, просто обмолвился как-то.
— И какой нормальный парень будет говорить о другом мужике, что он симпатичный? Стопудов дрочит в кармашке во время урока на бицепсы физрука.
— Господи, Света, ты озабоченная кретинка...
— Блин. — Алена хмуро закручивает тюбик с мазью.
— Лиз, дай свою помаду. Она ведь хорошо перекрывает?
— С ума сошла? — вздрагивает блондинка. — Тебе же сказали, что нельзя помаду, пока губы заживают!
— Дай сюда! — Алена выдирает у Лизы сумочку и начинает в ней рыться, под дикие вопли подруги, которая бросается на нее, забыв поправить юбку. — Лучше я попаду в больницу, чем появлюсь перед симпатичным преподом с такими жуткими губами.
— Это мамина Живанши! Отдай, у тебя герпес, дура!...
