– Значит, кроме Сазонова, вам никто на ум больше не приходит? Других кандидатов в убийцы у вас нет?
– Нет, про других я не знаю.
– А скажите, Люда, вы никогда не слышали о таких людях: Валерий Жабкин, Сергей Хрусталев и Семен Маркуша?
– Хрусталев, Маркуша… Нет, я таких не помню. А кто это?
– Неважно. Виолетта Игоревна никогда не упоминала этих имен?
– Нет, не помню такого…
– Скажите, а когда в квартире звонил телефон, кто первый снимал трубку – вы или Леонидова?
– Кто ближе был, тот и снимал. Вообще Виолетта Игоревна предпочитала сама трубку снимать.
– Скажите мне еще одну вещь. Вы ведь не только у Леонидовой убирались, в ваших услугах, наверное, и другие люди нуждались?"
"– Да. Генерал Морозов, у него жена Ирина Юрьевна. И Солодников Игорь Трофимович, редактор журнала. У них я тоже убираюсь.
– Значит, без работы вы не останетесь… А там, у других хозяев, вы кому-нибудь рассказывали о коллекции Леонидовой?
– Нет, что вы! Я не сплетница какая-нибудь. Да, я знаю, есть такие домработницы, они не столько пыль стирают, сколько языком чешут.
Но я никогда никому не рассказываю, что вижу или слышу в других домах.
– Что ж, спасибо за подробные ответы, – сказал капитан, поднимаясь.
Глава 7
Как назло, транспорт в этот день ходил медленно. И когда Егоров поднялся на третий этаж и подошел к своему кабинету, он увидел человека, подпиравшего стену прямо напротив двери. Конечно же, это был племянник убитой певицы Леонид Сазонов, и, конечно, он был зол на то, что его заставляют ждать. Увидев, что капитан открывает дверь кабинета (Полозкова, напарника Егорова, все еще не было), ожидающий оживился и развязно спросил:
– Скажите, а капитан Егоров когда-нибудь придет? Он меня на час дня вызвал, а время уже половина второго.
Долго мне еще ждать?
Наработанный опыт подсказывал Егорову, что в таких случаях, перед такими людьми ни в коем случае нельзя оправдываться. Надо держать себя как можно строже и говорить сухо.
– Ждать больше не надо, Сазонов, – сказал он самым жестким тоном, на какой был способен.
– Сейчас я вас приму.
Он вошел в кабинет, снял плащ, разложил на столе блокнот, ручку, после чего приоткрыл дверь и негромко сказал:
– Можете входить. Вот сюда садитесь.
После чего сел сам и начал формальную часть допроса: имя, фамилия, адрес и прочие исходные данные. Сазонов отвечал надменно, через губу. Кажется, он считал, что у милиции против него ничего нет и что этим формальным опросом все и ограничится. Надо было показать ему, что он ошибается.
