– Где он?
– Мы подарили его тебе на день рождения, – сказала Наташа-Марина, – специально заказали, второго такого нет. На фото, что показала Евлампия, точно был он!
– Ну, – промямлила Аня, – ну…
– Дочь, говори правду, – велел Олег.
– Анюша, – ласково попросил брат, – мы твои лучшие друзья!
– Мы твоя семья, – добавила Наташа-Марина, – всегда защитим тебя! Что бы ты ни сделала!
Девушка всхлипнула.
– Я потеряла его! Встречалась с одной женщиной и уронила, цепочка разорвалась! Наверное, она его подняла, когда я ушла.
Весной меня у подъезда остановила незнакомая женщина, спросила: «Где Николаевский переулок?» Я ей ответила: «Рядом». Незнакомка приподняла ногу, прикиньте, что я увидела! Протез! Так ее жалко стало. Немолодая уже, наверное, столько лет, сколько тебе.
Раздался смех Антона-Алексея.
– Спасибо, что не считаешь меня юнцом.
– И что было дальше? – спросил Барабанов."
"– Женщина сказала, что ее зовут Вера, она инвалид детства, – продолжала Аня, – ходит хорошо, но быстро устает, протез очень тяжелый.
Если сейчас запутается в переулках, то запросто может упасть, попросила ее проводить.
– И ты решила ей помочь? – спросил отец.
– Ага, – пролепетала Аня.
– Не самое умное решение, – прокомментировал Олег Иванович ответ дочери.
– Пап! Она инвалид, – принялась оправдываться Аня, – разве можно такой женщине в помощи отказать?
– Да, – ответил вместо отца сын, – нынче времена такие! Ты дочь бизнесмена Барабанова. Заведет баба с костяной ногой Аню в чужой подъезд, там тебя мужики схватят, укол сделают, в бессознанке куда-нибудь увезут, запрут и у отца выкуп потребуют.
Деньги получат, а тебя придушат.
– Нет, нет, – возразила Анна.
– Да, да, да, – сказала Наташа-Марина, – не один такой случай знаем.
– Все было иначе! – повысила голос Аня.
– Рассказывай, – попросил Барабанов.
– В доме, куда она шла, лифта не оказалось, – зачастила дочь, – лестница крутая, ступеньки высокие. Удобно ли на протезе по такой ковылять? Вера попросила меня подняться на последний этаж, сказать, что она пришла к э… имя забыла, вроде Лена, за долгом.
Ждет ее в подъезде.
– М-да, – буркнул Антон-Алексей, – и ты полетела!
– Все же нормально было, меня никто не обидел, – сказала сестра, – только в квартире этой Лены не оказалось. Там пожилой мужчина жил. Он нас прогнал. Вера заплакала, сказала, что устала, ну и… ну и…
– Ну и что? Продолжай, – велел отец.
– Алла тогда уехала в салон, – пробормотала Аня, – она там обычно на целый день зависала.
