Я стояла, опираясь о холодную теперь стену, но мир плыл перед глазами. Впитаный жар Фламмы бушевал внутри, как неуправляемая печь. Кожа горела, дыхание было прерывистым и обжигающим горло. Я светилась изнутри тусклым, зловещим багрянцем. Руки с ужасными ожогами от кандалов пульсировали в такт бешеному сердцу.
- Плохо… - прошептала я, чувствуя, как ноги подкашиваются. - Очень плохо…
- Нам нужно уходить. Сейчас, - рявкнул Себастьян, уже подхватывая меня, пока я не рухнула. Его лицо было мрачным. Он бросил взгляд на завал у входа.
- И пытаться оставить каменного дракона камнями… - он фыркнул, и в его глазах загорелся знакомый драконий огонь. - Это просто… унижение.
Он осторожно передал меня Алвару, чьи руки - холодные даже через одежду - обхватили меня крепко. Алвар не говорил ни слова, но его взгляд, говорил за него."
"Себастьян подошел к груде глыб, загораживающих выход. Он не стал превращаться. Он просто ткнул пальцем в камень. Не прикоснулся, а именно ткнул воздух перед ним. Земля вздрогнула. Гигантские валуны зашевелились, как живые, покатились в стороны с глухим скрежетом, открывая путь в лавовую трубку.
Сила земли слушалась его безоговорочно. Это было быстро, эффективно и немного высокомерно. Типичный Себастьян.
- Уходим! - скомандовал он, обернувшись.
Алвар понес меня на руках через узкий проход. Его шаги были быстрыми, но осторожными. Я чувствовала его дыхание у виска, слышала, как бешено стучит его сердце.
- Оливия… Ольга… Двуликий бы побрал, я даже не знаю как сказать, - его голос сорвался.
- Прости меня. Прости, что не поверил. Прости за все. Я был слепым идиотом. А ты… просто пришла и спасла. Всех.
Слова текли, горячие и ненужные, смешиваясь с моим жаром. Я не могла ответить, только слабо прижалась к его прохладной шее, ища спасения от внутреннего пожара.
Снаружи, в предрассветном воздухе, который теперь казался ледяным после пещерного пекла, Алвар осторожно опустил меня на ноги. Я шаталась, мир кружился. Он отступил на шаг, его фигура начала расти, меняться.
Кожа стала переливаться, как вода под солнцем, превращаясь в сверкающую светло-золотую чешую. Крылья расправились - огромные, перепончатые, прозрачные, как тончайший хрусталь, играющие всеми цветами радуги в первых лучах солнца. Водяной дракон. Воплощение прохлады и глубины.
Я, движимая инстинктом, потянулась к нему. Алвар-дракон осторожно присел, подставив могучий бок. Его большая, покрытая гладкой чешуей лапа сгребла меня, как котенка, но нежно, без давления.
