До меня долетел только конец его фразы:
– …Одна такая попробовала скрыться – теперь в могиле гниет…
Я подошла к молодым людям решительно и, обратившись к Виссариону, небрежно бросила несколько измененным грудным голосом:"
"– Извините, молодой человек…
Потом я сказала уже непосредственно Свете:
– Девушка, я знаю, что вы из первой группы, но я забыла вашу фамилию…
– Охотникова, – автоматически ответила она, глядя на меня удивленно.
– Да, да, Охотникова! – «вспомнила» я. – Так вот что, Охотникова, вы зайдите сейчас в деканат, там рассматривается вопрос о назначении вас старостой группы.
Света сразу смекнула, для чего я разыграла этот спектакль, и обрадованно кивнула:
– Хорошо, Марь Петровна, обязательно зайду!
– Сейчас, сейчас зайдите! – строго сказала я. – Аристарх Владиленович ждет вас!
В этот момент я заметила через открытую дверцу «Хонды» сидящего на пассажирском сиденье Басмача. К счастью, ни один из парней меня не узнал.
– Ага, уже иду, – кивнула девушка и высвободила руку из захвата Виссариона.
– Слышал: мне надо идти…
– Но я тебя дождусь! – многообещающе крикнул он. – Мы еще встретимся.
– Встретитесь, встретитесь, – с легким сарказмом бросила я и пошла вслед за Светой к дверям института.
Кинделия бросил на меня недовольный взгляд.
Когда входная дверь за нами закрылась, я накинулась на девушку, схватив ее за локоть:
– Светка! Зачем ты приехала сюда? – Я смотрела на нее гневно.
– Как же, Полин, первый день занятий…
– Да, Кинделия твой все правильно рассчитал: уж на занятия ты точно явишься, отличница! Что он тебе сказал?
– Спрашивал, когда я из Москвы приехала.
– А ты ему что сказала?
– Что приехала сегодня ночным поездом…
– Поверил?
– Не знаю, наверное, нет. Он очень ругался, грозил… Сказал: еще раз, мол, попытаешься скрыться – найду и на этот раз просто убью. Ты – моя вещь, что хочу, то с тобой и сделаю. Одна такая, мол, попробовала скрыться – теперь в могиле гниет…
– Ну, это мы слышали… Веселенькое дельце! Так, что же нам с тобой теперь делать? Надо же как-то выбираться отсюда, ночевать в институте – перспектива невеселая.
– А может, поискать другой выход?
– Все запасные выходы, как правило, держат закрытыми.
– А может, он уже уехал? – Света подошла к двери и осторожно приоткрыла ее.
Она едва высунула нос в щель, как тут же закрыла дверь и повернулась ко мне:
– Полин, он все еще там…
– Не было печали, – проворчала я.
Мы ходили по просторному фойе института взад и вперед и ломали голову, как нам выбраться отсюда.
