Машину вела Шана. За всю дорогу они с отцом почти ничего не сказали друг другу. В основном говорил отец, усиленно – чересчур усиленно – стараясь обнадежить Шану:
– Все будет в порядке. С твоей сестрой все будет хорошо. Подожди – и ты сама увидишь.
Шана чувствовала своим нутром, что это полный бред.
* * *Приехавший полицейский оказался коренастым крепышом: небольшого роста, но внешность как у настоящего качка из спортзала. И дело было не только в руках и ногах: его шея состояла из сплошных мышц. Полицейский, лысый как лампочка, подъехал к «скорой помощи» и, получив краткую вводную от фельдшеров, повернулся к Шане и ее отцу.
– Я сотрудник полиции Крис Кайл. Эта девушка – ваша дочь? – спросил он, на что отец Шаны ответил утвердительно.
Затем полицейский уточнил кое-какие детали: возраст Несси, наличие каких-либо проблем со здоровьем, о которых было известно ее родным, проблемы с наркотиками. Фельдшеры рассказали ему про приступы.
– Судя по всему, эти приступы вызывает физический контакт, – объяснила Хитер.
«Не только физический контакт, – мысленно возразила Шана. – Такое происходит, когда кто-то пытается их остановить».
К этому времени трое лунатиков уже прошли полгорода. Собрались зеваки поглазеть на них. В окнах торчали лица любопытных. Двое пьянчужек, стоявших у дверей бара, проводили процессию взглядом. Женщина на заправке, оставив пистолет в баке, обернулась, глядя на путешественников, полицейского и «скорую помощь». Еще раз посмотрев на лунатиков, полицейский подозвал фельдшеров.
– Какая у нас цель? – спросил он.
– Больница, – ответила Хитер.
– Они представляют опасность?
– Нет, – сказал Брайан. – По крайней мере, мы ничего не видим.
– Они лунатики, – вставила Шана, хотя ее диагноз не был даже близко научным. Тем не менее никто не стал ее поправлять.
– Хорошо, – согласился полицейский. – В таком случае доставим их в больницу.
Хрустнув пальцами, он покрутил головой, словно собираясь поднять упавшее бревно, после чего вернулся к своей машине. Обогнав троих лунатиков, полицейский поставил ее на обочине ярдах в ста за заправкой и, распахнув заднюю дверь, направился назад.
Помимо своей воли Шана обратила внимание на его походку – самоуверенный петух, который наложил в штаны, но слишком гордый, чтобы признать это и сменить белье. Остановившись шагах в двадцати перед лунатиками, он поднял руку и произнес громким отчетливым голосом:
– Стоять!
Те продолжали идти.
– Я сказал вам остановиться! – Полицейский нахмурился.
