— Так почему ты мне тогда сразу все не объяснил?
— Так ты ж трубку не брала и подруге своей малахольной к телефону подходить не разрешила! А потом меня срочно в Москву отправили, и я так зол был на тебя, что решил, что так даже лучше. Почему я должен оправдываться в том, чего не делал?! Как ты вообще могла даже на минуту представить, что я тебе изменил?! Это что, у меня в порядке вещей? Я только и делаю, что налево хожу, да?!
Он почти орал, и Жужа перестала вилять хвостом, негромко тявкнула, словно призывая к миру, ткнулась Олегу в руки мокрым носом, и он замолк, выпустив пар.
— Я думал, что за две недели, что меня не будет, ты успокоишься и поймешь, что того, что ты придумала, не было, потому что не может быть никогда. Я, осел, еще был уверен, что ты поймешь, как передо мной виновата, и поспешишь извиниться. Я каждый день, каждый чертов день своей командировки ждал твоего звонка! Все вокруг только и делали, что обсуждали чемпионат России по футболу, а я ничего не видел вокруг, только думал, что ты мне не доверяешь! А потом я вернулся — и выяснилось, что ты купила какой-то деревенский дом и уехала к черту на кулички! Да я чуть душу из Верки не вытряс, чтобы узнать, где именно расположен этот дом!!!
— А почему ты тогда сразу ко мне не подошел?
— Я хотел, — признался Олег.
— Я вон собаку тебе купил. В Москве, на Птичке. Я, конечно, породистую хотел, но эту увидел — и мне ее так жалко стало! Ее никто не брал, а я взял. В общем, мы приехали с ней в Сазоново, я у Василича остановился, потом пошел осматривать территорию, залез в тот соседский дом, увидел тебя в беседке.
У меня чуть сердце не остановилось. Ты с каким-то мужиком разговаривала, он баню тебе топить пошел…
— Асмолов, ты что, меня приревновал, что ли? — с подозрением спросила Юлька. — К Николаю Дмитриевичу?
В звездном свете ей было отчетливо видно, как мужнины щеки вспыхнули алым.
— Ничего подобного, — буркнул он. — Просто на твоем участке происходило что-то странное.
На нем явно кто-то что-то разнюхивал. Мальчишка шнырял, маленький такой, юркий…
— Гришка, — кивнула Юлька. — Реинкарнация Митьки, ей-богу. Тоже все время подслушивает и подсматривает. Я его тоже пару раз в своем дворе заставала.
— И Гришка этот бродил, и Виктор заглядывал, и Николай Дмитриевич этот вокруг тебя ошивался, потом Джемма появилась… В общем, я нутром чуял: что-то тут нечисто, и решил погодить, не объявляться пока. У меня еще и Жужа сбежала.
