Мафия, ЦРУ и ФСК ищут контейнеры с таинственным грузом, спрятанные во время Афганской войны в горах Кандагара. Савелий Говорков — один из двух оставшихся в живых участников `захоронения`. Он и его друзья снова втянуты в опасную игру, ставка в которой — их жизни.
Тем более, что выстрелы были далеко от нас… Да и на бой это явно не походило: одна пулеметная очередь. Но меня не это насторожило… — А что?
— Не знаю, но мне кажется, я слышал шум «вертушки».
— Может быть, это был тот самый вертолет, о котором говорил Джабраилов? — Этого-то я и боюсь!
— Ты хочешь сказать… — начал Савелий, но Воронов перебил его:
— Пока я ничего не хочу сказать, однако что-то не дает мне покоя.
Савелий отлично знал: когда Воронов начинает волноваться, его мозг, как ни странно, работает с полной нагрузкой — только успевай слушать и не перебивай.
— Пока что в моей головушке одни только вопросы! — Андрей поморщился. — Мы с тобой прекрасно знаем, что Седой здесь появился неспроста. И наблюдения Джабраилова подтверждают наши догадки. Я имею в виду пуленепробиваемый жилет — они хотят уберечь его от шальной пули. — Это понятно.
— Но непонятно, кто напал на них? Кто находился в вертолете? — Мало ли…
— Кто-то из вертолета без опознавательных знаков открывает огонь и убивает одного…
— Убивает того, кто первым открыл огонь, — напомнил Савелий.
— Ты прав, но почему не уничтожить всю группу? — Выходит, стрелявший, знал кого убивать? — Вот именно. Представь себя на месте пилота. По тебе открывают огонь, а ты даешь одну прицельную очередь и на том успокаиваешься?
— Ты прав, логики маловато. Очень уж напоминает целенаправленные действия, — задумчиво подтвердил Савелий.
— Вот и выходит, что, кроме нашей группы и отряда Седого есть некто третий, кому тоже известно о контейнерах, логично? — Вполне!
— Пойдем дальше. Коль скоро стреляли прицельно и не расправились с остальными, можно сделать и другой вывод: этот третий не знает места захоронения и будет следить за группой Седого.
— Тогда можно предположить, что он знает и о нашей группе? — с усмешкой заметил Савелий. — Не исключено, — серьезно заявил Воронов.
— Мне кажется, нам нужно разделиться! — решительно произнес Андрей.
— Чтобы сбить их со следа или заставить тоже разделиться? — И то, и другое."
"Савелий смотрел на Воронова и с удивлением покачивал головой: он не узнавал своего братишку, который всегда был осторожен и старался избегать неоправданного риска. А сейчас сам предлагает пойти на такой риск.
— Аргументы? — спросил Савелий.
