И если бы кавалеристы не смяли правый фланг, то пехоте англо-голландской коалиции удалось отбить атаку шведской пехоты. Но… если бы у бабушки было кое-что от дедушки….
Рассеяв достаточно слабую кавалерию союзников, шведские кавалеристы бросились на пехоту. С фланга и тыла. Самым решительным образом.
С фронта, заметив это, побежали вперед шведские пехотинцы.
И…
Уже через полчаса все оказалось кончено.
Несколько полков союзников сумели отойти в относительном порядке. С левого фланга. Основные же силы просто сбежал.
Бросив все. А шведская кавалерия без всякого зазрения совести их преследовала. Включая самого Карла, что возглавил своих конных телохранителей и лично зарубил не меньше пары десятков солдат неприятеля. И только на утро король Швеции узнал — здесь стояли основные силы неприятеля. И он их разбил. С первого захода…
Виктория!
Слава!
Громкая победа! В первом же бою!
От ощущения чего у Карла натурально закружилась голова и перехватило дыхание… Его мечта сбывалась! Натурально.
Вот тут. Значит он был прав. И родился под счастливой звездой. И он сможет повторить великие подвиги своих предков…
* * *— Что сие? — спросил Петр, глядя на протягиваемую ему сыном небольшую брошюру.
— Некая выжимка из моего изучение истории военного дела. Классификатор родов войск, их признаков и вооружений. В разные времена по-разному все называли. И довольно сложно бывает иной раз понять — о чем идет речь. Оттого оценить происходящее в той или иной битве бывает крайне сложно.
— Думаешь, сейчас это имеет значение?
— Почему нет? Если ты одобришь, то я бы предложил отпечатать сей труд и распространить среди офицеров. Ты ведь утвердил военно-штабные игр для обучения тактике и стратегии. Это бы неплохо их дополнило.
Царь открыл рукописную брошюру.
Там начиналось все с общих понятий — с родов войск.
В лаконичных формулировках описывались такие признаки, как регулярность, профессиональность, тяжесть, вооруженность, функциональность и так далее.
Например, кавалерию царевич делил на легкую, среднюю и тяжелую, введя главным критерием массу самого коня. К легкой относил всю, у которой лошадь легче 1000 фунтов, к тяжелой — ту, что тяжелее 1200, а к средней остальную[50].
Этот признак он выводил из того, что лошадь может шаго нести на спине долгое время не более пятой части собственного веса. Без угрозы для своего здоровья. Разумеется, вывести этот признак из летописей и свидетельств он не мог.
