— С точки зрения Социологии, это Столетие во многих отношениях докатилось до предела. Три последних Изменения Реальности только ухудшили положение вещей. Я полагаю, что раньше или позже вмешательство станет необходимым. Крайности ещё никогда не приводили к добру.
— Значит, вы взяли на себя труд познакомиться с прошлыми Реальностями Столетия?
— В качестве Наблюдателя я обязан знать все относящиеся к делу факты.
Разумеется, знакомство со всеми фактами было правом и даже обязанностью Харлана. Не знать этого Финжи не мог.
Каждое Столетие периодически сотрясали Изменения Реальности. Даже самые тщательные Наблюдения через некоторое время теряли свою ценность и нуждались в дополнительной проверке. Именно поэтому все Столетия, охватываемые Вечностью, находились под её непрерывным контролем. Но профессиональное Наблюдение заключалось не только в собирании фактов, но и в установлении их связей с фактами из прошлых Реальностей.
Харлан пришёл к выводу, что их разговор не был вызван одной только неприязнью Финжи к нему.
Что-то крылось за этой попыткой выведать его мысли. Поведение Вычислителя было явно враждебным.
В другой раз Финжи, неожиданно заглянув в маленькую комнатушку, служившую Харлану кабинетом, заявил:
— Ваши отчёты произвели благоприятное впечатление на Совет Времён.
После короткой паузы Харлан неуверенно пробормотал:
— Благодарю вас.
— Совет считает, что вы проявили недюжинную проницательность.
— Я делаю всё, что могу.
Следующий вопрос Финжи был совершенно неожиданным:
— Вам когда-нибудь доводилось встречаться со Старшим Вычислителем Твисселом?
— С Вычислителем Твисселом? — Харлан широко раскрыл глаза.
— Нет, сэр. А почему вы спросили?
— Похоже, что именно он особо заинтересовался вашими отчётами.
Финжи надул свои румяные щеки и переменил тему разговора:
— Вы знаете, у меня сложилось впечатление, что ваши взгляды на историю довольно своеобразны.
Искушение оказалось слишком велико. В краткой схватке осторожности с тщеславием последнее взяло верх.
— Я занимался изучением Первобытной истории, сэр.
— Первобытной истории? В школе?
— Нет, не в школе. Скорее по собственному почину. Первобытная история — это, так сказать, моё хобби. Глядишь на неё, и кажется, что она застыла неподвижно, не то что Столетия Вечности, которые непрерывно меняются.
Заговорив о любимом предмете, Харлан немного оживился.
— Всё равно как если бы взять фильмокнигу и детально рассматривать кадр за кадром.
