Его завертело, новехоньким блестящим бортом он проскрежетал по забору, стесывая краску до металлического блеска, и снес хромированной мордой… бампер милицейской машины.
На дорожке, широко расставив ноги и держа на вытянутых руках пистолет, стоял охранник из будки у шлагбаума.
– Имею разрешение на оружие! – при виде милицейской машины отбрасывая пистолет в сторону, выкрикнул он. – А эти шлагбаум проломили! На полной скорости! Вдруг убийцы, а у нас тут бизнесмены и политики живут!
Из ворот вылетел Мишка на Топазе:
– Жива? Догоняй!
– Хватайте их, они лошадей украли! – с диким воплем Администратор выскочил из машины… прямо в объятия разъяренных дэпээсников.
– Лошади его волнуют! Ты нам машину разнес! И девочку чуть не задавил!
Ему заломили руки за спину и швырнули на капот.
– Он у меня руль отобрал! Я не могла сопротивляться, я слабая женщина! – как белка из дупла, высунулась с заднего сиденья тетка из гражданских активистов и тут же спряталась.
– Надо хозяина позвать, они ему забор раскурочили! – помогая держать брыкающегося и непрерывно орущего Администратора, настаивал охранник.
Я злорадно усмехнулась: забор – фигня! Администратор так сильно хотел денег от Полинкиного папы, что… подставил Полинку, и не один раз, чуть человека (меня!) под самыми воротами не задавил… Прямо иллюстрация на тему «неумеренная жажда бабла до добра не доводит». Потому что Полинкин папа теперь его засадит и ключ выкинет, хотя бы для того, чтобы не чувствовать себя виноватым. Я развернула Бахтата и погнала его за Мишкой, несущимся на Топазе к далекой кромке леса.
Черный вожак завидел развевающийся впереди хвост… и наддал так, что через пару минут мы обошли Топаза как стоячего.
– Она в лесу! – крикнул вслед Мишка.
В лесу – это плохо, лес на этом берегу – не наша жиденькая роща, тут реальная чаща! Бахтат вломился в подлесок. Впереди по узкой тропинке скакал конь. Нет, я Лидку точно убью – по лесу Арсенала гонять! А если он о корень споткнется, ноги переломает?
– А-а! – короткий вопль, и Лидка улетела в кусты – нависающая над тропой ветка вынесла ее из седла.
Я соскочила с Бахтата – привязывать нет времени, остается только надеяться на гонящегося за нами Мишку и сообразительность самого жеребца.
Прихрамывающая Лидка ломилась сквозь кусты – гибкие ветки хватали ее за одежду, путались в ногах. С громким стоном она грянулась оземь, вскочила…
– Лидка, стой, хуже будет! – прохрипела я. Непривлекательное обещание! Зато честное.
