В ванной он машинально закрыл колпачок на зубной пасте и уставился в зеркало. Обычно Миша себя особо не разглядывал, но с похмелья мало ли что придет в голову молодому человеку.
Молодому?.. Из зеркала смотрела немного опухшая, но совсем еще не старая физиономия. Черты лица правильные, морда добрая, даже симпатичная, но… Несерьезная, что ли. Миша поморщился. Ему хотелось казаться посуровее, а не каким-то вечным недопеском. Рост метр восемьдесят шесть и здоровенные бицепсы тут ничего не значат.
Люди-то в глаза заглядывают. А глаза распахнутые, и не прочтешь по ним, сколько они всякого повидали.
Он понимал, конечно, что в этой открытости и легкой несерьезности кроется обаяние, из-за которого люди тебе верят, идут на контакт, а ты, главное, их потом не обманывай, и они добро запомнят. Но все равно Джеймс Бонд — красавец, а ты — недоразумение…
От холодной воды стало полегче. Надо заработать на кондиционер, думал Миша, лето еще толком не началось, а дышать уже нечем.
Вот смотаюсь в Осетию, как раз и заработаю… Пора ехать. Да поскорее, а то эта, трам-тарарам, докудрама начинает уже напрягать. С каждым днем все ближе к драме… Не через неделю, как договорились, а буквально на днях надо выдвигаться, чтобы был хоть небольшой запас на решение вопросов.
А то получится, как вчера: с разбега лбом об стену.
Они потому и надрались с Ваней — не зная, смеяться или плакать, так осточертело это все.
Снимали полный метр, якобы комедию.
Задача: группа «тяжелых»[3] вламывается — да-да, опять вламывается — через дверь, и дальше все по привычной схеме. Ничего смешного.
В павильоне группу ждала декорация многокомнатной квартиры. Декорация, как обычно, была построена из фундусных щитов и, местами, гипсокартона, но та стена, где дверь, оказалась из пеноблоков, уложенных крестом, да еще и на приличном растворе. Обычно на съемках, если нужно имитировать стальную дверь, берут простую филенку и обшивают жестью.
Тут стояла настоящая стальная дверь, в нормальной дверной коробке, добротно посаженная в пеноблоки. «Актеры» недоумевающе шушукались.
— Спорим, это вообще не их декорация, — догадался кто-то. — Чужую доламывают.
Ишь, насобачились, подумал Миша с затаенной гордостью за ребят.
Нарисовался местный пиротехник:"
"— Мужики, все будет зашибись. Я чуток подорву ее по периметру, дальше плюнете — она сама упадет.
Бойцы переглянулись и промолчали.
