— Однажды… — тяжело произнес он.
— Я знаю, — перебил Ваэлин. — Однажды лонаки сбросят мерим-гер в море.
— Нет. Однажды лонаки исчезнут — рассеянные, перебитые в войнах или смешавшие кровь с мерим-гер до такой степени, что забудутся наши истории. Так будет и с сеорда, и с эорхиль, и с людьми льда, и с горцами. Теперь я вижу это. Малесса пыталась укрыть нас от судьбы, и мы стали будто камни на горном склоне. Но горы всегда дрожат, и камни падают.
Талесса и его сентары ускакали по северной дороге. Ваэлин долго смотрел им вслед.
К нему подъехал Мудрый Медведь верхом на Железном Когте и сказал:
— Пойдем с нами. Это скверное место, полное вони и жара. Оно слишком далеко от зеленых огней.
— Я скоро увижусь с тобой у Зеркального залива, — пообещал Ваэлин.
Шаман лишь улыбнулся, выговорил-выщелкал что-то на своем непостижимом языке, и Железный Коготь заковылял по дороге.
Пришла Мишара и ткнулась носом в руку Ваэлина. Кираль стояла рядом, Асторек — поодаль, с волками. Она не обняла на прощание, даже не улыбнулась.
Ее шрам был почти незаметен под ярким солнцем. Давока сложила руки на груди и угрюмо потупилась. Они долго прощались и даже поссорились напоследок.
— Когда я гляжу на вас, моя песнь переменчива, — наконец сказала Кираль. — В ней слишком много нот, и светлых, и темных. Я не знаю, по какому пути вы пойдете. Когда мы впервые встретились, было не так.
Мишара лизнула напоследок его ладонь и побежала за медведем, игриво куснула его в круп. Медведь раздраженно зарычал.
— Когда мы увидимся снова, надеюсь, песнь станет ясней, — сказал Ваэлин и посмотрел на радостно машущего Асторека.
Волки дружно завыли. — Я рад, что песнь привела тебя к счастью.
— Будет здорово снова поохотиться вместе, — сказала Кираль, посмотрела в последний раз на Давоку и уселась в седло.
Ваэлин глядел вслед, пока за всадниками не улеглась пыль. Но и после того еще долго слышался волчий вой."
"— Я обещал, что вернусь, — хотя тот, кому я обещал, сейчас мертв, — взваливая на плечи свой мешок, сказал Френтис.
— Аспект Арлин велел мне устроить там совместную с Пятым орденом миссию.
Ваэлин шел вместе с Френтисом по пристани и думал о том, что Вера по-прежнему жива. Несмотря на все узнанное о месте за Порогом и об Ушедших, Вера остается и даже пытается расти.
— К тому же королеве куда легче дышится, когда меня поблизости нет, — добавил Френтис.
Тут спорить не приходилось. Королева вела себя до крайности холодно в присутствии брата Френтиса.
