— Чай? — негромко спросила Шшерсель, — в минуту душевных метаний людям помогает чай.
— В минуту душевных метаний помогает успокоительное зелье, — уныло произнесла я.
Хотелось плакать от одной только мысли, что мне придется возвращаться в замок и продолжать эти бессмысленные встречи с драконами, которых я даже не запоминаю!
Тихий шорох и носа касается аромат успокоительного зелья.
— Благодарю, — коротко выдохнула я и, взяв флакон, сделала несколько глотков, — что мне делать?"
"Не то, чтобы я спрашивала об этом у своей ши-тари, нет.
Это был вопрос вникуда. Но она то об этом не знала:
— Шшерсель не знает. Но даже в прошлом, когда Шшерсель умирала от истощения, Шшерсель выполняла свои обязанности идеально. Может, опыт Шшерсель поможет Императрице?
Я посмотрела на свою серьезную змейку и медленно кивнула:
— Традиции создавались не на пустом месте. То, что для меня ненавистно и бессмысленно, для других — важно и необходимо.
Поднявшись, я попросила змейку привести мой внешний вид в порядок и вернуть обратно.
Взглядом успокоив Лин, я села на свое место и двери вновь распахнулись.
Но в этот раз все было иначе. Я воспринимала все иначе, а потому не робела, не озиралась по сторонам и не мямлила.
Я дарила улыбки, но при этом ничего не обещала. Сундук полнился прошениями, а мои скулы болели все сильнее.
И, когда мы вновь ушли на чайный перерыв, я набросала для Иверра короткое письмо. Его должна доставить Шшерсель. Она сможет переместиться к нему и посмотреть, не помешает ли корреспонденция чему-нибудь важному.
— Что ты написала, если не секрет? — спросила Лин и протянула мне тщательно обследованную булочку.
— Что сегодня я последний раз ночую в его спальне. И что вход в мою спальню он найти не сможет, даже если найдет карту.
— О.
В присутствии госпожи Вилиамрон я не могла рассказать Лин все-все.
«Как жаль, что ее стихийная телепатия уснула».
— Не уснула, а работает на тебе со сбоями, — возмутилась подруга. — Пока ты была взвинчена, дар срабатывал вхолостую.
Сейчас же я иногда тебя слышу.
— Стихийная телепатия? — заинтересовалась госпожа Вилиамрон. — У меня есть амулет, защищающий мысли от случайного считывания. Отдала за него целое состояние.
Лин посмотрела на нее с искренним сочувствием:
— Верните его. А лучше затолкайте горе-артефактору туда, откуда у него растут кривые руки. Когда господин Ставрон пришел просить за вас, я узнала о вас очень многое. Именно поэтому я подавала моей Императрице особые сигналы.
