— Лливеллин, вы помните, что именно вы должны уведомить администрацию Академии об изменении статуса вашей младшей сестры? — спросила целительница.
— Не должна, — покачала головой Лин, — и вы не должны. Драконы не теряют магию во время беременности, им не вредят энергоемкие заклинания, а в дуэли моя сестра и без того не лезет. Я могла бы оповестить администрацию, но не вижу в этом нужды. Отец ребенка находится вне Академии, зачатие так же произошло вне юрисдикции нашей администрации, так что…
Лин пожала плечами:
— Я напишу письмо главе нашего рода и этого будет достаточно.
И, как единственный представитель рода Анндра, я накладываю запрет на распространение этой информации.
Госпожа Вилнара покачала головой:
— Глупо, но как хотите. Не мое это дело.
— Это… Так часто бывает? — тихо спросила я.
А целительница, уже отвернувшаяся от нас, еще тише ответила:
— Скажем так, я перестала удивляться.
Драконий Император Тройственной Империи
Тиверрал Ларовирр
Перед Императором лежал отчет. Третий?
— Четвертый, — Советник Каулен легко перехватил смятый лист.
— О чем ты так убиваешься?
Тиверрал поднял голову и, забрав бумагу, тяжело проронил:
— Из моей постели сбежала девушка. Полагаешь, я не должен волноваться?
— Так ведь она сбежала после, а не до, — пожал плечами Каулен. — Ты вел себя так, будто все, что в ней есть ценного — душа. В любой другой ситуации…
— Я не собираюсь это обсуждать, — отрезал Император.
— Она не Шан.
— Каулен.
— Она здорова? — резко сменил тему Советник.
— Уже вышла из лазарета. Я послал ей подарок.
Советник потер переносицу, а после осторожно спросил:
— Мой Император советовался с кем-нибудь?
На что Тиверрал только насмешливо фыркнул:
— Я знаю, что любит, чем дышит и о чем мечтает Май-Бритт.
— Ты знал, что любит, чем дышит и о чем мечтает Шан-Миорран. Но эта драконица совсем другая.
— Другой жизненный опыт, — согласно кивнул Император, — другая семья и иное взросление. Однако же суть одна и та же. Она любопытна, пытлива и упорна.
И на этом мы закончим.
В глазах Советника читалось искреннее сочувствие и было совершенно непонятно, кому оно адресовано — Императору, запутавшемуся между живой и мертвой возлюбленной, или бедной драконочке, которой жить с этим чудовищем.
«Если не сбежит», хмыкнул про себя Советник Каулен.
— Ты вскрыл Виернарона?
— Его мысли возмутительно отвратительны, как говорит моя прекрасная Доркас. Однако же на интересующую нас тему ничего не нашлось.
