Но оборотница только головой покачала:
— Определенно нет, но оборотнический нюх это нечто большее, чем просто нюх. Так, надо вспомнить мамины лекции. И почему они казались мне такими неинтересными?"
"Оставив Вер-Тарну вспоминать материнскую науку, я ушла в свою спальню. В очередной раз погладила колбу с питомцами — туман стал насыщенней — и села на постель с почти готовым черновым вариантом чистовой дипломной работы. Лин хохотала над моей формулировкой как сумасшедшая, но… Что я могу сделать, если так оно и есть?
Страница за страницей я правила собственный текст, превращала заумные формулировки в нормальные предложения и…
Стук в дверь? Лин?
— Да открывай же ты уже! — с какой-то веселой злостью крикнула подруга.
— Все проспишь!
— Минуту!
Я бережно собрала листы, пометила, где остановилась и вышла из спальни.
— Сядь, — подруга выглядела встрепанной, сердитой и веселой одновременно.
— Сижу, — я послушно опустилась в кресло. — Что случилось?
— Во-первых, я продала твои пионы за вполне достойную сумму.
Но во-вторых, и, не самом деле, в-главных, я принесла новости из дома. Моя матушка хохочет и утирает выступившие от смеха слезы официальным письмом Орвалонов.
Вздрогнув, я потрясенно выдохнула:
— Что они хотят?!
— Тебя, — подруга перестала улыбаться и села в соседнее кресло. — Они хотят тебя. У вас есть колдовской гобелен, где появляются все родственники?
— Мозаика, — я облизнула враз пересохшие губы. — Но имя отца там не отображается.
— Анндра тебя не отдадут, — Лин коснулась моей руки, — ты уже наша.
— Они могут обратиться к Императору, — я криво улыбнулась, — дети священны. Ради ребенка можно простить непутевую дочь.
— Я думала у вас наоборот за это изгоняют, — нахмурилась подруга, — ну, за детей вне брака.
— Да, но я была жемчужиной рода, той, в ком талант и сила пробудились на максимум. Мой ребенок должен был наследовать старшую ветвь семьи. Так что в этом случае отсутствие отца не страшно, — тихо сказала я. — Точнее, даже полезно.
Для них. Можно забрать ребенка и ограничить его в общении с матерью-блудницей. Ведь малыш ни в чем не виноват и если воспитать его правильно, то он не повторит ошибок своей недостойной матери.
Лин соскользнула с кресла и присела передо мной:
— Ты же понимаешь, что этого никогда не произойдет?
— Если они обратятся к Императору, то он… Он сразу поймет. Что так, что так — ребенка у меня заберут.
— Вариант соврать ты не рассматриваешь? — прищурилась Лин.
