Автор
В атмосфере таинственного запаха вуалью мы находим героиню — девушку, готовящейся к брачной ночи. Ее белое лицо искрится красными пятнами от волнения, но не сейчас — она выглядит потрясающе красивой и напуганно-ожидательно сосредоточенной.
Похоже, «Красавица для Чудовища (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Муж первым поздоровался с моей подругой и увидев ее растерянное состояние, громко засмеялся, качая головой и направляясь в свой кабинет.
— Мне ужасно неловко, — протянула Даша, когда мы остались в гостиной наедине. — Видела бы ты, как я плеснула ему в лицо соком.
— Он сказал, что там была водка, — хихикнула, надевая на Альбертика носочки. — Чудо мое, сладкое, — прошептала сыну.
— Еще хуже, — она скрыла лицо в ладонях и что-то пробормотала. — Можно подержать племянничка? — протянула девушка, наблюдая за тем, как я переодевала малыша.
И я протянула ей сыночка.
— Поверить не могу, что ты — мама, и этот сладкий карапуз — твой сын, — улыбалась подруга. Да мне самой сложно поверить. — Вижу, что похож на Мишу.
— Все так говорят, — проговорила с досадой. — Но губки и глазки — все равно мои, — повторила слова Миши, которые он сказал в день рождения Альберта.
Поцеловав и покачав немного мальчика, подруга вернула мне сына, который все время высовывал язычок.
— Похоже, у вас дома появился еще один котёнок, — пробормотала девушка, тихо смеясь.
— О чем ты? — изогнула бровь в недоумении, укладывая малыша в колыбель. Сыночек все время издавал милые звуки, выражая свое нежелание спать. В другие дни он не бывал таким болтливым.
— Малыш сладко мурлычет, — хихикнула Даша. — Признавайся, кто теперь Мишкин котёнок, ты или Альбертик?
Мои щеки заалели от такого беспардонного вопроса из уст подруги, и я сглотнула, не в состоянии сказать и слова.
— Да брось, — отмахнулась Дашка. — Я слышала, как тебя называет муж, — объяснила она и я закатила глаза. Правда, мне не хотелось выставлять на показ некоторые личные моменты своей жизни. — Терпеть не могу эти «сюси-пуси», но у вас двоих получается очень трогательно.
— Я, — прошептала тихо перед собой, выпячивая губы. — Мишкин котёнок — это я, — проговорила четко, гладя и целуя маленькие ладошки сына. — А Альбертик — мой котёнок, — и наклонившись, поцеловала пищащего малыша в подбородок.
«И Миша тоже мой котёнок», — подумала про себя и подняв голову, увидела, как муж, пристально наблюдал за мной, облокачиваясь о стену. Ужасно смутилась, потому что, судя по его ухмылке, он слышал, о чем мы тут говорили с подругой.
— Вы такие милые, — тихо засмеялась подруга, вальяжно рассаживаясь в мягком кресле-мешке. — Семейство «кошачьих», — подшутила она.
Миша вошел в комнату, и лицо Даши снова залилось краской.
