Автор
В канун Нового года Алина чувствует себя подавленной, ведь это день ее рождения — всегда напоминает о незаконченных целях. Вместе с холодными ночами вступает зима, но уютный дом и родные лица способны изменить этот оттепельный день в праздник.
Валерий Николаевич уже уходит, - кидает мимолетный взгляд на трясущегося мужика. Кажется,тот облегченно выдыхает, поспешно собирает бумаги, которые валятся из его рук, разлетаясь по комнате. Я смотрю, как Валерий Николаевич собирает документы, и борюсь с желанием кинуться ему помогать. Чувствую себя неловко, когда мужчина, годящейся мне в отцы, почти ползает на коленях, а я стою и ничего не делаю. Поднимаю глаза на Давыдова и понимаю, что егo мало волнует мужик, он смотрит на меня, не сводя глаз, медленно рассматривая каждую деталь моего наряда.
Давыдов поднимается с места, снимает с себя черный пиджак, буквально срывает с шеи темно-серыйгалстук, расстегивает пару пуговиц идеально-белой рубашки. Снимает платиновые запонки, небрежно швыряя их на стол, закатывает рукава, обнажая сильные руки. И у меня дух захватывает от этой картины. Он просто снял пиджак и галстук, а я словно мужской стриптиз посмотрела, причем самый откровенный.
- Алина, - посылает мне улыбку, не касающуюся его холодных глаз, кивает головой в знак приветствия, отодвигает для меня стул, предлагая сесть за стол. Немного задерживается позади меня, когда сажусь за стол, окутывая меня в свой персональный чувственный запах. Морозная ледяная свежесть, разбавленная пьянящим бергамотом. Я хочу знать, как называется его парфюм.
