Но главное, признать его… — Он сделал паузу, повернулся к истцу: — Ничтожным!
— Как? — Троицкий поднял брови.
Лена удивилась не меньше, но судья обязана сдерживать эмоции. Она лишь сплела пальцы перед собой и чуть прикрыла глаза:
— На каком основании, ответчик?
— Этот договор, по которому с меня требуют отдать квартиру и все, что у меня есть, не соответствует закону.
— Уточните, ответчик, вы требуете признать ничтожным весь договор или условия договора о взыскании неустоек в виде повышенных процентов?
— Справедливости ради стоило бы признать весь договор ничтожным, но я не банкир и не собираюсь отбирать у них все имущество и деньги.
Напротив, я хочу получить то, что мне причитается по закону и справедливости. Ведь я брал кредит, чтобы приобрести квартиру. Я выплатил всю ее стоимость и проценты за предоставленный кредит. А с меня потребовали еще и еще. Вот эти требования и не основаны на законе.
Малышев порылся в своей папке и вытащил лист, который тут же протянул судье:
— Я прошу суд учесть это решение высшего арбитражного суда, в котором четко указано, что подобные действия и комбинации с процентами не основаны на законе.
Этим решением впервые российский суд дал правовую оценку бессовестности банкиров. А если говорить юридическим языком — создал прецедент. Согласно Цицерону: «Прецедент — это правило, возведенное в закон!» Поэтому я прошу вас учитывать это решение и поступить так же, как ваши коллеги. Я имею в виду по закону и по справедливости. У меня все. — Он устало опустился на лавку.
Повисла тишина, нарушаемая лишь шелестом листков дела, которое пересматривала судья.
Троицкий подал голос:
— Тем не менее позиция банка не меняется. Ни отсрочка, ни рассрочка не спасут заемщика Малышева. Да к тому же он и не признает себя должником. В этой ситуации мы настаиваем на своих первоначальных требованиях, но меняем сумму. — Он сделал паузу и протянул сразу два документа: судье Кузнецовой и ответчику Малышеву. Юрист хитро ухмыльнулся: — Как говорится, во время пути собачка могла подрасти.
То есть за время рассмотрения дела в суде и красноречивых выступлений ответчика сумма долга лишь выросла. Итого, ответчик должен тринадцать миллионов двести восемьдесят две тысячи пятьсот четыре рубля. Поскольку таких средств у ответчика нет, а единственное ценное имущество, принадлежащее ему, — это квартира, то мы требуем обратить взыскание на эту недвижимость и принять решение о его немедленном исполнении. И, конечно же, встречный иск мы не признаем.
