Она не только с ним много разговаривала, стараясь объяснять все и вся, включая интриги в меру своего понимания, но и увлекала его хозяйственной деятельностью. Как могла…
Опытная мастерская появилась спонтанно.
Обычной практикой Андрея стало выдача максимально точных и детальных инструкций тому или иному мастеру. Это диктовалось очень невысоким уровнем интеллектуального развития этих самых мастеров.
Параллельно же он создал школу, в которой давал базис минимальных знаний: чтение, письмо и счет. Сначала через нее прошли будущие управленцы его тогда еще вотчины.
А потом и весь тульский полк. Что породило совершенно уникальную для Руси XVI века ситуацию – весь поместный полк, причем весьма немалый, умел читать, писать и считать. Причем считать не на пальцах, а нормально, да еще и в рамках позиционной десятичной системы исчисления. Правда полк обучался не в изначальной Шатской школе, а в ее тульском «косплее». Но по тем же самым учебникам и методикам. Так или иначе, но это создало предпосылку для появления маленькой группы подмастерьев, которые, получив хоть какое-то образование, желали учиться дальше.
"
"Что с ними делать? Отправлять куда-то в Европу в какой-нибудь ВУЗ? В ту же Сарбонну или там Кэмбридж? Деньги и возможности имелись. Но выглядело это не очень разумным. Во-первых, долго. А во-вторых, там давали преимущественно гуманитарные и богословские знания. Которые могли славно загадить мозг этим ребятам и отвратить от техногенного пути развития. А ведь ему требовались в первую очередь инженеры.
Крепкие такие в прагматизме, приземленные и рациональные ребята – рабочие лошадки научно-технического прогресса, а не гениальный творцы, вечно витающие в облаках. Поэтому, немного подергавшись, Андрей организовал опытную мастерскую широкого профиля в пригороде Тулы. Куда этих пытливых ребят и собрал. И начал сам в свободное время преподавать, рассказывая об основах физики и химии. Не сильно углубляясь в дебри, но стараясь подавать сведения комплексно и связно. Например, здесь эти ребята познакомились с периодической таблицей химических элементов.
В сжатом, резко «кастрированном» виде. Как ее Андрей, напополам с Марфой вспомнили, в таком и показали. Здесь же он показал им правила для записи химических реакций и первые физические формулы, пояснив за много чего из механики, теплотехники, оптики и так далее.
Учебников не было.
Времени и сил для их написания у Андрея, который готовился к серьезному военному предприятию попросту не имелось.
