Мы все принесли себя в жертву загадочным требованиям какой-то незнакомой физики. Мы совершили невероятный перелет, пытаясь сохранить какое-то сходство с собой прежними, реальными. Наше причинно-следственное урегулирование по окончании полета невозможно описать словами. Казалось, я вытянулся и наполнился, как грозовая туча, мучительными ударами молний.
Мы расстались с чем-то неописуемым, но все же…
Мы выжили.
Каким-то образом цельность – полезная вещь – вернулась. В конце нашего путешествия, оглядываясь назад, мы ничего не видели.
Портал обрушился. Мы теперь перемещались по еще большей пустоте – без тяги, без управления, почти без топлива. Но вроде бы вдали мерцали звезды.
Пронося свою тень над теми звездами, двигался цветок с громадной зияющей мглой в своем центре…
Громадная неизвестная – мгла.
Моя анцилла съежилась в нечеткий серый призрак на заднем плане сознания. С ее жалкой помощью я попытался включить на полную мощность датчики. Сначала они отказали, потом снова стали действовать – слабо, но устойчиво.
Теперь вокруг нас была только прозрачная дымка из обломков. Большая часть того, что осталось от Ореола, умирающей крепости и всех других жертв того далекого сражения, через портал не прошла. Бесполезный материал был отфильтрован и выброшен.
И где же все это теперь? Обломки кольца и кораблей, тысячные экипажи? Ни там, ни здесь…"
"Как это ни удивительно, нам, хотя мы и находились среди обломков, было позволено пройти.
Я повернул голову и посмотрел на Славу Дальнего Рассвета. Она была сильно травмирована, но лицо светилось чем-то похожим на радость.
Грубая радость воина, пережившего битву.
Наши глаза встретились, и она подавила свои эмоции.
– Где мы? – спросила Слава. – Мы далеко ушли?
Я не мог ответить. Никакие обычные блага гиперпространства – если можно их так назвать – здесь не были доступны. Наши датчики ничего не показывали.
Но мы преодолели громадное расстояние. Я чувствовал это костями и нервами.
Глава 39
Нехватка питания повлияла на работу систем жизнеобеспечения маленького «фалько».
Хуже того, целостность нашей брони и даже ее защитные способности были нарушены противоречивыми инструкциями от Нищенствующего Уклона.
– Где мы теперь? – спросил молодой член Совета, выглядывая в единственный маленький иллюминатор. – Я ничего не вижу.
Слава Далекого Рассвета затихла в конце капсулы, как раненое животное. Впрочем, это было рядом, я мог протянуть руку и прикоснуться к ней. Все соединения ее нательной брони треснули.
