Желто-зеленый листопад на фоне быстро темнеющего неба пророкат его последнюю дымчатую ночь. Редкие птицы скитаются по своим целям — и совсем скоро они соберутся в стаи, полетят к югу, где тепло, уходя от сибирских морозов и снежков. Это было всегда заинтересовывать меня: зачем каждую весну птицы летят в эти суровые места, преодолевая огромные расстояния? Кто они на самом деле? Или это просто работа природы, не задумываясь над смыслом....
— Значит через час, мы ждем Вас у парка! Будьте один!
Все в этом городе крутится вокруг центрального парка, ну а что, где еще назначать встречи? Возле вокзала? Возле здания администрации? Возле библиотеки, так ведь все равно выйдет, что возле парка, все эти здания располагались через дорогу от него, только с разных сторон.
Мне вообще казалось иногда, что именно этот парк был центром города, вокруг него он и строился, а в центре парка был пруд, а в центре пруда был гусь, градообразующий гусь, вокруг которого и возник Караваев, я усмехнулся своей дурацкой не смешной мысли.
— Эй! — Мне на плечо опустилась рука, я обернулся и лицом к лицу столкнулся с соловьевичем. — Шеф сказал тебя подстраховать!
— Какой шеф? — Удивился я.
— Гуляешь значит? — Усмехнулся безопасник. — Один?
— Один! — Кивнул я, не понимая к чему все эти вопросы.
— Вот и молодец, что один! — Радостно оскалился здоровяк. — Значит поехали со мной, отвезу тебя к невесте.
И тут я понял, да это был соловьевич, но один из тех, что работали на заговорщиков, продажный.
Я подошел к машине и открыв дверь уселся на водительское сидение.
— Чего встал? — Бросил я соловьевичу. — Садись, дорогу показывай.
— Это чего? — Он с ужасом смотрел на мою машинку, синяя Ока ввела его в ступор. — Я же сюда не влезу, где нормальная машина?
— Нормальную вчера твои подельники расстреляли, так что, теперь езжу на такой. — Пожал я плечами. — Да ты садись, она внутри просторнее, чем кажется.
Здоровяк открыл дверь и попытался втиснуться в малолитражку, покрутился в дверях, грязно матюгнулся, сумел залезть наполовину, после чего плюнул и встав возле моего авто, жалостливо за озирался.
У меня зазвонил телефон.
— Да-да! — Елейным голосом ответил я.
— Дмитрий! — Женский голос в трубке был полон возмущения. — Что происходит? Это какая-то ловушка.
— Нет! — Я отрицательно помотал головой. — Никакая это не ловушка, это машина, малолитражка. Отечественная! — Это я произнес с некой гордостью.
