Архиепископ Торсби говорит, что мальчишку послали привести Краунса к заболевшей Кристин де Мелтон.
Ридли вздохнул.
— Значит, неизвестная женщина. — Потом он взглянул Оуэну прямо в лицо. — Как убили Уилла? Ему отрубили только руку или всего расчленили?
— Ему перерезали горло.
Ридли перекрестился и, склонив голову, зашептал молитву. Оуэн молча выжидал. Он знал, как подкатывает к горлу желчь, когда узнаешь в подробностях о смерти друга.
Ридли поднял на него глаза, блестящие от слез.
— Уилл не заслужил такой смерти.
Он был хороший человек. Не святой, конечно, но достойный.
— Руку ему отрубили уже после, — добавил Оуэн. — Не знаете почему?
Ридли покачал головой.
— Говорят, на этой руке он носил кольцо с печаткой. Когда вы нашли руку, на ней было кольцо?
Ридли поморщился, вспомнив о находке в своей комнате.
— Да покоится он с миром. — Он медленно покачал головой. — Думаю, если бы кольцо было, я бы его заметил. Может быть, даже догадался бы, что это рука Уилла… — Он уронил голову и прикрыл глаза пальцами, унизанными перстнями.
— Обычно правую руку отрезают у вора, — сказал Оуэн. — Быть может, кто-то считал, что Краунс его ограбил?
Ридли даже виду не подал, что расслышал вопрос. Тогда Арчер повторил. Ридли встряхнулся.
— Простите. — Он смущенно промокнул глаза. — Ни разу не слышал, чтобы Уилла кто-то назвал вором.
— И вы никого не знаете, кто мог бы считать себя обманутым по вине Краунса? Может быть, у кого-то расстроилось дело? Может быть, кто-то думал, что Краунс мошенническим путем завладел его — или ее — имуществом?
Ридли пожал плечами.
— Я много лет проработал в Лондоне и Кале. Уилл был моим представителем здесь. Он выполнял мои распоряжения, а также поручения самого Голдбеттера, а потому меня не интересовали методы его работы.
— А о чем вы спорили вчера вечером?
Ридли поморщился.
— Ничего важного.
— Возможно, впоследствии это окажется важным.
— Дело частного характера. Выпивка развязала нам языки, и мы несколько повздорили.
Никакого отношения к смерти Уилла наш спор не имеет.
— Я знаю, вы говорили о вашей жене и дочери. — Оуэн увидел, что Ридли побагровел, и понимал, что поступает жестоко, расспрашивая его об этом, но вместе с тем он понимал, что обязан все выяснить. Ридли никак не мог знать, что то или иное обстоятельство не имеет отношения к смерти его друга, — если только он говорил правду.
— Вероятно, нас кто-то услышал. Неудивительно. Мы перешли на повышенные тона.
