— Э, ты кто?
Подполковник резко, одним движением кисти, схватил, сколько смог мелкого гравия, который был здесь везде, и бросил в лицо тому, кто спросил его об этом. Потом бросился на него… точно, гражданский, военный бы успел выстрелить, при равном профессионализме проверяемый никогда не опередит с выстрелом проверяющего. Но он должен быть — профессионализм.
А в данном случае его не было.
Кто это такой — подполковник спрашивать не стал, в любой момент мог появиться еще кое-кто. Связал, заткнул рот, уложил ближе к стене.
Если это просто новый солдат, а все это — не более чем дурацкий розыгрыш, — потом проблем не оберешься, йеменцы, как и все арабы, очень памятливы и обидчивы.
Всё? Нет, не всё, еще кое-что… Лучше перестраховаться.
Помещение, где хранилось оружие, строили русские, и поэтому это был не быстровозводимый ангар или здание из плит, а капитальный, низкий и длинный барак с солидными дверьми. Каптенармус должен был находиться в угловом помещении, там было небольшое, с мутным стеклом окно.
Через него заглянул подполковник и увидел то, что опасался увидеть, — Газиза, сидящего на отставленном к стене стуле, руки у него были заведены назад, наверняка связаны. Еще в небольшом, угловом помещении было двое солдат с автоматами, причем один непрестанно смотрел на дверь, единственную, — а в любой момент мог посмотреть и в окно.
Решив, что выхода другого нет, в помещение «нормально» не проникнуть, а того, что он видел, достаточно, — подполковник прицелился в одного из солдат из пистолета.
Пистолет с глушителем, звук разбитого стекла — вряд ли кто услышит.
Войдя в каморку каптенармуса, подполковник заметил то, чего он не заметил, когда смотрел в окно. У обоих солдат, которых сейчас роднило то, что они были мертвы, — было еще кое-что общее. Черные повязки, вырезанные из какого-то дешевого материала, — на руках. Ни одним уставом такие нарукавные повязки предусмотрены не были.
Подполковник подошел к Газизу, рот у него не был заткнут кляпом, но он молчал.
Руки у него и впрямь были связаны за спиной, а ноги привязаны к ножкам стула. Воспользовавшись ножом, подполковник освободил Газиза.
— Что произошло?
— Заговор, эфенди! Только что отсюда вывезли два грузовика с оружием. Лейтенант Охрам…"
"Понятно, из северян… из богатой семьи, тут и думать нечего.
— Кто еще в заговоре?
— Не знаю, эфенди. Клянусь Аллахом, не знаю.
— Тарик?
— Я его со вчерашнего дня не видел, эфенди.
