Автор
В глубинах бескрайних равнин лежит тайна, скрытая в легендарной истории Ксандера. Глава за главой, читатель шагает по путям древнего наследия, где каждое слово раскрывает новый слой таинственного прошлого. Атмосфера книги — это то, что создает дрожь в позвонках и ожидание ответов, как будто ты сам участник загадочного приключений героя Ксандера....
— Мне нужно на воздух, – выдохнула я.
— Джордан, – сказал Ксандер. — Я...
— Пожалуйста. – Я толкнула его в грудь, мучительно осознавая, что за нами наблюдают. Все это было так грязно. Я чувствовала себя так, словно попала на съемочную площадку одной из тех безвкусных дневных теледрам, которые моя бабушка любила смотреть в своем доме престарелых с розовыми стенами. — Кажется, я сейчас упаду в обморок.
Ксандер неохотно отпустил меня, но его вес сместился, и он наклонился ко мне, когда я попятилась к двери.
— Отпусти ее, – сказал Джаспер.
— Мы уверены, что это правда? – холодный голос Кайдена прозвучал резче, чем у остальных. — Поддельное свидетельство о браке, опекунство, жестокое обращение. Много обвинений, и все они кажутся хаотичными.
Они начали спорить: сердитый голос Ксандера кричал на Кайдена, Джаспер отчитывал своего брата за его черствость, а Джо пытался всех успокоить. Я увидела, как сотрудница, которая следила за мной раньше, высунула голову из кухни и исчезла.
Какая хорошая идея.
Их голоса звучали все тише, пока я бежала по коридору к своей комнате. Или, лучше сказать, к своей камере? Еще несколько человек из персонала, все мне незнакомые, осторожно держались в стороне. При виде моего приближения они разбежались, как перепелки.
Я едва заметила их присутствие, думая только о предательстве Ксандера и своих головокружительных страхах. Мне нужно было знать наверняка. Я должна была быть уверена.
Весь этот стресс давил на мой мочевой пузырь, так что, когда я проскользнула в ванную, мне не составило труда воспользоваться одним из тестов на беременность, которые Ксандер купил именно для этого случая.
Пожалуйста, только не положительный, - подумала я, закрывая глаза. Пожалуйста. Когда я открою глаза, пожалуйста, пусть будет одна полоска.
Только одна. Я приоткрыла глаз, и моему взору предстали две розовые полоски.
О, нет. Вот черт.
Что мне делать?
Теперь Ксандер воспользуется опекунством, чтобы заставить меня быть с ним навсегда, и наш ребенок окажется таким же пленником, как и я.
Прежний Ксандер никогда бы не использовал ребенка в качестве пешки для личной выгоды. Но тот, кем он стал, не был прежним Ксандером.
Этот мужчина напоминал мне Генри.
Более жестокую, более подкованную версию Генри, которая заставила меня переживать за него так, как я никогда не переживала за настоящего Генри.
Он был Генри, вселившим в меня надежду на что-то лучшее.
