Автор
В Новороссийске прозвучали выстрелы, и мир резко изменился: Русский банк для внешней торговли стал центром кровопролития в январе 1911 года. Бандиты, подстроившиеся под тихую улицу, внезапно появляются в преддверии двенадцатого часа - число идет на двадцать. Несколько групп человек с черными пальто и скрытой жестокостью готовятся к масштабному штурму. Мир рушится, как каркас зеркала в пронзенном луче дня....
Наконец на улице звякнула о булыжник железная подковка. Сергей бесшумно поднялся и прильнул к щели. Уже понемногу светало. Питерцы увидели, как высокий человек с мешком за плечами стукнул в ворота. Сбоку тут же открылась калитка, и он прошмыгнул внутрь. А через секунду в одном из окон зажгли керосиновую лампу.
– А ведь в доме электричество, – обратил внимание помощника Алексей Николаевич. – Боится зажигать. Ждала она братца, ждала.
Сыщики затаились еще на целый час. Стало совсем светло, вот-вот на двор могли выйти хозяева.
– Пора, – констатировал Лыков.
Они быстро перебежали улицу, Азвестопуло ловко перелез через забор и открыл калитку с той стороны. Счет шел на секунды. Лыков пер тараном и вышибал двери. Когда сыщики ворвались в гостиную, им навстречу выступил долговязый мужик с белесыми волосами. Он поднял над головой какую-то округлую штуку и крикнул:
– Не подходи! Брошу – от вас только угли останутся!
Сергей вынырнул из-за плеча шефа и спросил, поигрывая маузером:
– Куда лучше, Алексей Николаевич: в пузо или в бомбу?
– Если в бомбу, то он сам же от нее и сгорит, – рассудительно, будто они ничем не рисковали в этот момент, ответил Лыков.
Он шагнул вперед и ткнул пальцем Рыжему в лоб:
– Сестренкин дом спалишь. Это за ее-то доброту. Он точно застрахован?
И террорист осторожно опустил снаряд на пол:
– Сдаюсь.
Сыщики обыскали самого пленника и комнату, в которой он прятался. В платяном шкафу нашли еще две бомбы.
– Это все?
Рудь съежился:
– Две последних у Прокопия.
– Где он сам?
В этот момент из своих комнат осторожно высунулись хозяева. Полная женщина в пеньюаре не успела сказать ни слова, как брат ее остановил:
– Прости, Одарка. Я им все скажу, лишь бы вас с мужем не тронули. Господа, они не знали, кто я. Помогали по-родственному. Моя вина во всем, а их вины нету.
– Евдоксий, отвечай на вопрос! – повысил голос Лыков. – Где Шкуропат?
– В Садах прячется. А может, и утек, как я, облавы испугамшись.
– Куда утек?
Поджигатель попросил жалобно:
– Ваши благородия, уведите меня отсюда.
– Бомбомет неси. И свои вещички. Иначе мы тут все вверх дном перевернем.
Через пять минут сыщики вывели арестованного. Тот тащил на спине удивительное оружие, Азвестопуло нес зажигательные бомбы. Лыков как начальник шел налегке. Он чувствовал странное опустошение. Дело сделано. Вон идет единственный человек, который мог поджечь нефтяные склады.
