Особенно когда сама накануне взглянула в глаза смерти. Но это известие смутной тревогой осело в груди.
От переживаний дышу через раз, пока ко мне не подходит медсестра, видя мой бледный, измождённый вид. Воздуха критически не хватает.
— Может, вы присядете? — спрашивает она.
Мотаю головой. Из палаты выходит Дени и наблюдает эту картину.
— Принесите транквилизаторы, — обращается к медсестре, — жена пациента перенервничала.
Я молчу. Ничего у него не спрашиваю. Просто смотрю на знакомого и жду.
— Он спит. С ним всё будет в порядке.
Поезжай домой и отдохни.
Вернувшаяся медсестра протянула стакан воды и таблетку. Выпила залпом. Но уезжать отказалась. Дени разрешил немного поспать на свободной койке в палате. И меня вырубило на пару часов.
— Сера, — моего плеча осторожно касаются. Не могу вспомнить, где нахожусь. — С Ратом всё в порядке. Он в сознании. Его перевели из реанимации в палату. Хочешь к нему?
Я киваю, спешно поднимаясь. И понимаю, что от меня плохо пахнет. И вообще. Выгляжу как зомби, вылезший из-под земли.
Попросить принять душ показалось верхом наглости.
— Не думал, что он так скоро очухается, — обращается ко мне Дени, используя «медицинские» термины, — в прошлый раз рана была не такой опасной, но выздоравливал он медленнее. К тебе спешил. Говорит: «Сын у меня».
Последнюю фразу он произнёс с усмешкой, а меня током пробило. Будто добить решил. Ещё чуть-чуть, и рассыплюсь по пути в палату на атомы.
— Рат точно в порядке?
— Да, конечно.
— Тогда я домой поеду.
— Не понял.
— От меня разит потом.
Я не мылась сутки.
— Поэтому хочешь принять ванну, накинуть на плечи пеньюар и явиться к нему красивая?
— Ты всё верно понял, — устало киваю, игнорируя его сарказм.
— Не глупи, Серафима. Он за тебя жизнь отдаст. И не один раз. Ты, конечно, всегда была красоткой. Но дело явно не только в этом. Вокруг него и до тебя вились отборные девицы.
Вздыхаю раздражённо.
— Ты умеешь успокоить.
— Иди к нему. Он тебя ждёт.
И я иду. Прохожу в палату и с облегчением наблюдаю, что Ратмир действительно выглядит лучше.
Исполин в больничной робе. Даже под ней видны его накачанная грудная клетка и мощные бицепсы.
Ратмир ещё был слабый, уставший. Долго поговорить не удалось. Он вскоре уснул, а я, испытывая облегчение, всё же поехала домой. К сыну.
Казалось, пока угроза отступила.
Начальник охраны Сабурова по имени Зелим сообщил, что Ямадаев-младший теперь долго будет собирать силы. Для мести. А пока есть время передохнуть. Но меня слабо утешило это известие.
