Пока он этим занимался, я его разглядывала. Типичный центаврианин — высок, отлично сложен и худощав. Ну, это я еще в коридоре отметила. Сейчас же можно было рассмотреть его получше. Итак, кожа белая и ровная, глаза широко расставлены, нос узкий и тонкий, волосы иссиня-черные. Аристократично-зловещая наружность, как у вампиров из земных легенд.
Я проверила, включен ли блокирующий режим моего телепатического передатчика[1].
— Думаете, я стану читать ваши мысли, гражданка? — не поднимая глаз, спросил агент Малейв.
— Я всегда ставлю блок на ТПТ.
— Вам есть что скрывать? — улыбнулся он, и поднял на меня глаза. Дивно красивые глаза: миндалевидной формы, с радужками чистого темно-зеленого цвета. Ничего удивительного: у старших рас глаза гораздо выразительнее наших.
Опомнившись, я ответила с заминкой:
— Мне спокойнее с блоком.
— Всем спокойнее с блоком. Итак, вы гражданка третьей категории и проживаете в районе, выделенном для представителей младших рас.
— Да, я беженка, живущая в резервации. Можете говорить прямо.
— Вы проживаете на ферме с тремя братьями. Агапий Ветров — глава вашей семьи?
— Да.
— Значит, уведомление мы пришлем ему.
Мое сердце замерло в испуге. Надежда взмахнула крылышками и упорхнула в неизвестном направлении. И до того, как агент озвучил решение, я уже все знала. Если бы меня сочли достойной остаться, то он бы замучил меня расспросами и дал сто направлений туда и сюда, а так… просто набрать одно слово — «Депортация».
— Простите, — со спокойным смирением спросила я, — это отказ?
— Отказ, — кивнул мужчина, и медленно оглядел меня.
Хорошо, что я оделась на встречу по центаврианской моде — выбрала закрытый жакет спокойного оттенка зеленого, юбку до колен, мягкие туфли без каблуков, уложила волнами волосы и наложила сдержанный макияж.
Должно быть, Малейв изучил мой внешний вид для дела, но мне все равно стало отчего-то неуютно. Я решила перейти к своему главному аргументу:
— Имя моего отца занесено в список героев Союза. Нас пригласили на Горунд, как родственников героя, пережить горе.
А теперь выгоняете?
— Понимаю ваши чувства, гражданка Ветрова, но новый закон не допускает исключений. Отныне остаться жить на Горунде могут только те беженцы, которые прожили на планете более двадцати пяти лет до момента выхода закона о депортации. Они могут подать заявление на оформление гражданства первой категории или улететь. Таким образом, ваши старшие братья могут остаться — они были зарегистрированы на Горунде гораздо раньше, чем вы.
