– Думал, с тобой что-то не так.
– Ты на это и надеялась, – замечаю я.
Эшли вздыхает.
– В чем дело? – недоумевает Хадсон.
– Неважно, – отвечает ему Эшли и скрепя сердце добавляет: – Спасибо.
– Я просто… ну мы же должны выручать друг друга, верно?
– Верно, – угрюмо соглашается Эшли.
– Верно, – вторю я ей с гораздо большим энтузиазмом.
Хадсон улыбается нам всем. Его широкая бесхитростная улыбка говорит, что он, конечно же, чего-то не понимает, но ему это без разницы, он хотел помочь, и, возможно, ему это удалось.
– Удачи! – произносит он и плывет к Брэду и другим ребятам, играющим с большим надувным мячом, пытаясь не допустить, чтобы он упал на воду.
– Ну хватит, – говорю я. – Он же бросился спасать тебя, не преследуя при этом никакой сексуальной цели. Просто он хороший парень. И нечего злиться на него.
– На кого хочу, на того и злюсь, – закатывает глаза Эшли.
– Он повел себя как настоящий герой, – заявляет Джордж. – Даже у меня что-то шевельнулось в штанах. Но не беспокойся, дорогой, он по-прежнему твой и только твой.
– Прекрасно. Да, он настоящий герой, он удивителен, он идеален, и он разрушил мой план, – чуть не плачет Эшли.
– Нужно было лучше планировать, – смеюсь я. – Во второй раз такая фишка не пройдет.
– А может, он в любом случае не сработал бы, – уныло говорит Эшли. – Безумные планы с целью завоевать чье-то сердце никогда не срабатывают.
– Раз на раз не приходится. – Я улыбаюсь и смотрю, как Хадсон выпрыгивает из воды, чтобы подбросить мяч в воздух.
– Если план действительно безумен, его вполне можно осуществить.
* * *"
"Этим вечером мы разжигаем большой костер, жарим на прутиках зефирки и поем песни. Марк задался целью заставить весь лагерь спеть I’m Coming Out, но эту песню трудно исполнять под одну только акустическую гитару, мы все прекрасно понимаем это и потому поем без особого воодушевления. Джордж красит ногти Джордан, а Эшли воткнула в землю сразу пять прутиков с зефиринами и теперь бегает от одного к другому и переворачивает их.
– Она что, действительно пыталась сегодня изобразить, будто тонет? – Джордан, не отрываясь, смотрят на свои ногти. Они спросили у Джорджа, а может ли он сделать на них какой-нибудь рисунок, Джордж захотел попробовать и теперь старательно выводит черные сердечки на блестящей розовой лаковой основе.
– Чего не сделаешь ради любви, – глубокомысленно изрекаю я.
– Видите ли, притворство – всегда проблема, – рассуждают Джордан.
