Кроме того, есть работа, что мне нужно сделать. Извинения которые мне нужно принести.
— Добрые дела? — Задумчиво спросил Этан, но выражение лица Сэта осталось серьезным.
— Обеспечить, чтобы справедливость восторжествовала, что те, кто заслуживают благословения получили то, что они должны. Нам повезло.
У нас были несколько жизней, чтобы принимать решения, встречая последствия наших заблуждений. Я пойду вперед, и постараюсь сбалансировать нарушенные мной жизни.
— И говоря об этом…, сказал он, затем вытащил из своего кармана что то блеснувшее золотом.
Он протянул руку. Мой золотой медальон Кадогана болтался на его пальце. — Я считаю, что это твое.
Я взяла его у него и сжала в кулаке. — Спасибо. Как ты получил его обратно?
— Он носил его в бою вчера вечером, и я схватил его. Я думал, ты предпочла бы это. Я сожалею, что он был взят у тебя в первый раз, и рад, что могу вернуть его.
Этан протянул руку. — Удачи тебе в твоем путешествии. Если тебе понадобится жилье, ты найдешь дом в этом доме.
Сет взял руку Этана с очевидной благодарностью.
— Твоя дружба очень ценна. — Он улыбнулся мне. — И твоя, балерина.
Я улыбнулась ему. — Удачи. И счастливого пути.
— Всего хорошего, Мерит, Этан, я надеюсь, что наши пути пересекутся снова, но при более благоприятных обстоятельствах.
С этими словами он пошел по тротуару, через ворота, и исчез в ночи.
Этан посмотрел на меня. — Ты готова?
— Как никогда. Ты?
— Как ты сказала. Это захватывающе и страшно только раз.
Мы поднялись по лестнице в зал. Он снова был полон вампиров, атмосфера плотнее, чем она была, когда Дарий стоял на сцене.
Но это напряжение было другим. Было меньше страха в ожидании. Вампиры нервно переступали.
Комната гудела от волнения. Будем ли мы изгнаны из ГС? или же ждем решение ГС, чтобы еще раз услышать, что они считают нас недостойными? Малик и Этан прошли на сцену, урна для голосования стояла на платформе между ними. Я искал в выражении их лиц любой намек на то, что должно было произойти, но не нашла ничего.
Этан поднял руки, и толпа затихла.
— Вами были поданы бюллетени, — сказал он, — как вами, так и вашими братьями вне дома. Окончательное голосование близко, только восемнадцать голосов отделяли стороны. Очевидно, вы разделены в этом вопросе, о будущем этого дома. Я воспринимаю это как признак вашей задумчивости, вашего внимание к принятию этого решения.
Толпа нервно пробормотала.
— Большинством голосов этого дома, — сказал Этан, — вампиры определили — уйти от Гринвичского Президиума.
