— Сейчас не до поминок. После похорон я сразу вернусь в больницу.
На кладбище я все же целую отца в лоб, перед тем как двое рабочих закрывают крышку гроба.
Прощай, папочка… Не знаю, как мы без тебя справимся, но я постараюсь не сломаться.
* * *"
"Голова раскалывается, в глазах все еще стоят слезы. Я хочу поехать к сестре, но Вика с Максом буквально силой заставляют задуматься о себе. Мне нужно взять себя в руки, привести в порядок. Выгляжу ужасно. Вся в грязи. Потому что не могла отпустить отца. Но, увы, пришлось.
Оказавшись в квартире, я все еще чувствую запах, принадлежащий родителям. Вика тянет меня в ванную, снимает с меня одежду. Включает воду и сама моет, как маленького ребенка. Мне и это не помогает. Я трясусь от страха. От мысли, что могу потерять маму и сестру. И останусь одна в этом жестоком мире. Чувствую себя пятилетним малышом, у которого отняли все, что ему было дорого. И плачу, хочу их вернуть. Я такая же… Беззащитная, ничего в этой жизни не понимающая, маленькая девочка.
Хочу свое!
Выхожу из ванной, укутываясь в мамин махровый халат. Вика терпеливо ухаживает за мной. Помогает одеться, сушит волосы, даже плетет их. Мне хочется кричать, чтобы она отпустила меня. Но сил ни на что нет. Я лишь сижу и смотрю в одну точку, желая провалиться в бесконечный сон. Но в то же время я боюсь оставить сестру. Что с ней тогда случится? В лучшем случае отправят в детский дом. В худшем… Даже задумываться над этим не хочу. Надо держаться в первую очередь из-за нее.
Она не выдержит удары судьбы.
— Дианочка, — в комнату заходит моя любимая соседка и лучшая подруга мамы — Валентина Ивановна. Она плачет, и каждый шаг ей дается с трудом. У нее проблемы с ногами. И несмотря на это, она не оставляет меня одну. — Соболезную, моя девочка. Мне очень жаль, что так случилось.
Она оглядывает комнату неверующим взглядом. Будто сомневается, что мой папа умер.
Я крепко зажмуриваюсь, и слезы с новой силой текут по щекам. Шмыгаю носом, встаю с места.
— Спасибо вам за поддержку, теть Валь. Но не стоило сюда приходить. Вы и так еле стоите на ногах, — говорю, натягивая на себя кардиган. — Простите, но мне нужно ехать в больницу. Не могу маму с Ириной одних оставить.
— Я тебе поесть принесла, милая. Уверена, ты ни куска в рот не брала. Может, хотя бы чуточку поешь? Ты же здоровенькой нужна сестричке.
Есть мне совсем не хочется, как и общаться с кем бы то ни было. Просто хочу спокойствие, темноту.
