Но, мне кажется, мы однажды просто встретимся, и я ее узнаю. Мне везет на хороших людей.
Дина и Константин Николаевич посмотрели на Катю задумчиво и внимательно. В их взглядах была чуть заметная доля сомнения.
После обеда Топик уснул на диване, а вся остальная компания пошла дышать свежим воздухом.
– Я нашла вашу Оболенскую, – тихо сказала Дина, когда Катя ушла немного вперед.
– Серьезно? И как она?
– Странно. Немыслимо. Она – самая востребованная в светских кругах колдунья.
– Черт знает что! – пробормотал профессор и вдруг воскликнул: – Ой! Я забыл дома трость!
– Нет! – звонко рассмеялась Катя.
– Оглянитесь.
Они оглянулись и увидели Чарли с тростью в зубах, который приветливо смотрел на профессора шоколадными глазами.
– Спасибо, – Константин Николаевич взял трость и серьезно сказал псу: – Ты по-собачьи дьявольски красив.
Катя поежилась.
– Я замерзла. Вы погуляйте, а я в дом пойду, камин растоплю. Можно, Константин Николаевич?
– Катюша! Зачем вы спрашиваете? Вы же здесь хозяйка.
Он посмотрел ей вслед с бесконечной нежностью и повернулся к Дине:
– Ну, и как она колдует, эта Оболенская?"
"– Неплохо.
Я бы даже сказала, хорошо. Она – сталкер.
Катя вбежала в дом, разожгла в камине лежавшие там дрова, вдохнула их свежий пряный запах и от избытка беспричинного счастья громко вздохнула. И тут услышала рядом такой же вздох, как эхо. Она повернула голову и встретилась взглядом с Чарли. Катя тихонько засмеялась, прижалась лицом к лохматой голове с холодным носом и прошептала:
– Мы с тобой бродяжки.
Бродяжки-дворняжки. Я люблю тебя. Ты по-собачьи дьявольски красив.
* * *Бесплодный разговор, измучивший всех участников, длился больше часа. Ирина уже велела отменить прием и назначить клиентам другое время. Сергей и Слава чувствовали себя уже не идиотами, а использованными футлярами от идиотов. Их знание законов, методов ведения следствия, способы допросов – все это вдруг оказалось танцами не под ту музыку. Ирина ничего не отрицала. Она сама показала фотографию Галины Ивановой, объяснила, в чем состояло ее вмешательство.
– Ее муж был мерзавцем. Он истязал и насиловал ребенка несколько лет. Девочка жаловалась матери. Но та от ужаса, страха перед общественным мнением просто подавила в себе те центры мозга, которые помогли бы ей оценить ситуацию. Я их просто оживила.
– Но вы передавали ей этим… телепатическим способом, чтобы она пошла домой и убила мужа? – строго спрашивал Слава.
– Конечно, нет, – пожимала плечами Ирина.
