Пока можно прогуляться в питомник. Не очень-то мне хотелось выходить в жару и духоту, но сидеть на стуле два часа в ожидании своей очереди расслабиться тоже не вариант. Я вышла на улицу и быстро пошла к питомнику, по возможности стараясь идти в тени.
Проходя мимо модулей, я ни одного военного не увидела; складывалось ощущение, что их заперли на время, пока здесь гуляют сотрудники «Найрив». Может, так и есть, и контакты с гражданскими строго запрещены. Я вздохнула; прогулки по жаре в число моих любимых удовольствий не входят.
Казалось, до питомника рукой подать — вон же ограда! — но на самом деле путь оказался не такой уж близкий.
Наконец, я достигла цели: потная, нагревшаяся, немножко даже пыльная — само совершенство. Хорошо, с утра нанесла любимый крем с защитой от ультрафиолета на лицо, а то бы еще покрылась уродливым загаром или того хуже — веснушками.
Когда я приблизилась к ограде, заметила еще нескольких человек со станции; они неловко мялись.
То ли зайти боятся, то ли их не пускают. Присмотревшись, я заметила, что один из мужчин склонился к неприметному сканеру и что-то негромко говорит в микрофон. Судя по тому, что он повторял одну и ту же фразу, его не слышали.
Вдруг динамики угрожающе зашипели; следом за помехами раздалось такое же угрожающее:
— Кто?
Мужчина от неожиданности аж подскочил.
— Блага, — нервно облизнув губы, сказал он. — Мы бы хотели посмотреть на тхайнов.
— Вам здесь что, зоопарк? — еще более грозно осведомился невидимый дежурный.
— Тхайны спят, что на них смотреть?
— Уважаемый, — оскорбился мужчина, — сам капитан Нигай дал разрешение входить в питомник сотрудникам станции!
Очередные шипящие помехи заставили нас прикрыть ладонями уши. Дежурный что-то еще сказал, но никто не понял, что. Неприметная дверца рядом со сканером раскрылась, приглашая нас войти внутрь.
Мы ждать не стали, вошли. Навстречу вышел высокий жилистый мужчина в синем; судя по всему, его тоже мучила жара.
Посмотрев на нас агрессивно — будто мы причина того, что его заставляют дежурить! — он коротко объяснил, что животные спят, тревожить их нельзя, и к вольерам запретил подходить ближе, чем на два метра.
Мы обогнули здание и вышли к вольерам. Всего их оказалось десять — по пять с каждой стороны от дорожки. Жужжали установки силового поля, но само силовое поле было невидимо.
