Анна — Станция 8:
— Мне по-прежнему не нравится, что в одном из наших поселков живут посторонние.
Андрей — Станция 1:
— Объявляю сбор совета на одиннадцатое июня. Быть руководителям всех сорока девяти станций. На повестке дня следующие вопросы:
* Возможность пересмотра договора с правительством.
* Присутствие посторонних на станции 12.
* Отстранение от должности руководителя станции 12 Глеба Баркова.
* Установление дополнительной защиты на станциях и виртуальное тестирование режима цепной реакции.
Подготовьте все свои вопросы и предложения для очной встречи. Форум закрываю"".
— Девочка, отданная по договору, — протянула я, и голос дрогнул. — Значит, охотники даже не воруют детей. Просто забирают по контракту. И как они выбирают, кого отдать? Жребий кидают?!
— Тихо, Свята, разбудишь Миру.
Слезы потекли по щекам, и я стёрла их рукавом. Некоторое время все молчали.
— Сегодня девятое, — наконец задумчиво сказал Мит, — если послезавтра Глеба уберут, то доберутся и до вас.
— Что за цепная реакция? — Виктор ещё раз пересмотрел сообщения. — Я думаю, что станции связаны между собой. И уничтожение одной приведет к уничтожению остальных.
— Что они сделают с нами?
Мит стиснул зубы:
— Ничего. Вас здесь уже не будет. Я вывезу вас, когда Глеб уедет в столицу.
— А там нас разберут на атомы свои, — задумчиво добавил Вик.
— И что нам делать?
— Не переживать. Я обещал, что у тебя с Мирой все будет хорошо? Значит, будет.
— Ты собираешься взорвать станцию, — хмыкнул Мит.
— Что? — я вскинулась. — Лишить всех энергии? Сам же говорил — фабрики, заводы, больницы.
— Запасы у них есть. Айт рассказывал про хранилища. Лет на пять-десять хватит. А дальше пусть занимаются своими атомами.
— И ветряками, — поддакнул Мит.
— Но…
— Ты же сама говорила, Свята, — мягко напомнил Вик, — что долматы раньше жили иначе. У них наблюдались все признаки первобытно-общинного строя. И пусть они отставали на несколько десятков тысяч лет, но мы откинули их назад в прошлое до состояния животных.
— Пречистый Отец, ты действительно так думаешь?
— Да, — твердо сказал Вик.
— Ладно, — медленно проговорила я, — что мы должны сделать?
— Вот именно ты, ничего.
— Ты ничего не должна.
Мужчины произнесли это практически одновременно и не отвели глаза, пока я изучала их сначала с изумлением, потом с негодованием и, наконец, обидой.
— Вот как? — мне хотелось подскочить, с грохотом откинув стул, но я сдержалась.
