С другой стороны, после трагедии в Кори Тильда свела на нет общение с Гиллер, она не приглашала Руфь в гости, не звонила ей, лишь предупредила подругу:
— Соня сильно изуродовала лицо, пришлось потратить огромную сумму на пластику, я теперь вздрагиваю, когда вижу дочь, так ее изменили, это просто другой человек. Если увидишь Соню — не удивляйся, это ее обижает.
Но встреча так и не произошла.
— И зачем ты мне все рассказала? — промямлила Гиллер.
Тиля заморгала.
— Юлия вела себя по отношению ко мне честно, видишь, оплатила отдельную палату, но… я понимаю, жить мне осталось часы! Очень хочу памятник!
— Памятник? — эхом повторила обескураженная Руфь.
— Да, да, — закивала Тильда, — самый шикарный, вот картинка, я вырезала из журнала, белый итальянский мрамор, фигура ангела и надпись «Скорби, человечество, лучшие уходят».
— Плохо пока понимаю твою проблему, — пробубнила Гиллер.
— Я умру, а Юля надгробие не сделает, — заплакала Тильда, — зароет меня быстренько и забудет. Вот если ты придешь и скажешь: «Я знаю все про Чупинину, немедленно закажи ангела для Тильды», ей будет некуда деваться.
Ладно? Пообещай, Руфичка! Это моя последняя просьба.
Гиллер, находясь в состоянии шока, кивнула.
Тильда была верна себе. Она ни на секунду не вспомнила о маленьком Марке, который был никем для Чупининой. Нет, добрая бабушка беспокоилась лишь о шикарном памятнике для себя.
В тот же день Руфь сообщила все родственницам Анчарова, те начали тщательную проверку сведений и убедились: Тильда не соврала, сказала правду, по крайней мере про Вяльцева, а нынешняя Соня Умер совсем не похожа на прежнюю, и дело явно не в пластической операции.
Теперь предстояло наказать журналистку, на семейном совете ее решили убить.
Я вздрогнул.
— Убить!
— Именно так, — подтвердила Нора, — кстати, помнишь, я говорила о некоторых зацепках, которые портили картину?
— Да, — кивнул я."
"— Первая из них — мальчик Марк, — продолжила Элеонора, — пока ты выполнял одни задания, мы с Максом работали в других направлениях. Кое-что, мягко говоря, удивляло.
То, что Соня не Соня, я заподозрила, узнав о том, какова судьба ребенка. После смерти Тили его отправили на постоянное жительство в детский санаторий, якобы у малыша обнаружились проблемы с сердцем. Только врачи установили, что кроха здоров, мать оплатила его пребывание и не показывается в медицинском учреждении. Соня заявилась к нам под предлогом получения разрешения на выезд сына, однако Марка никто не собирался забирать из казенного места.
