Автор
Вдали от российской столицы я провёл два дивных дня, погруженный в радость простого городского существования. Встречные машины, симпатичные девушки в коротких платьях и загорелые ножки заставляли сердце биться быстрее. Каждый новый утро обещал новые приключения и открытия, будоражащий магический мир ожидания открывался передо мной....
Простых, да не совсем простых — у кого в руках арбалет, у кого — боевой лук, все готовы стрелять и безжалостно уничтожать зловредного колдуна.
Ну и выстрелили как-то разом по команде безутешного отца из-за своих спин. Прицелились и спустили тетивы.
Болты и стрелы отлетели от купола тоже разом, никак его не истощив, однако лучники продолжают выпускать стрелы, арбалетчики крутят свои машинки, я же пока раздумываю, не выпить ли мне еще винца перед кровавой сечей.
Уже из другого бокала. Впрочем, ну его на хрен, такое угощение.
Через минуту стол передо мной завален стрелами и болтами, лучники опустошили свои колчаны, арбалетчики выпустили по три болта.
Когда я поднял руку вверх и скомандовал хриплым голосом:
— Все! Хватит! Кто еще — из того душа вон!
Один из самых тупых стрелков только зарядил свою машинку и поднял ее, целясь мне в лицо, поэтому я снова щелкнул пальцами.
Стрелок своим телом захватил еще кого-то сзади, они вдвоем вылетели на лестницу и полетели куда-то дальше.
Полетели с криками, в одном я кажется узнал очень недовольный голос барона.
— Слушай мою команду! Кто хочет жить, тот бросает оружие на пол! Остальные просто страшно умрут!
Глава 23
Однако воины оказались сильно преданы барону душой и телом на самом деле.
Не те еще времена, чтобы откровенное предательство называть правильным предвидением развития ситуации.
В дружине все друг за друга горой, а по взгляду барона просто умрут не глядя, иначе тут не выжить.
Даже видя наглядно нулевой результат своей стрельбы воины не бросили это безнадежное занятие.
Таких я сбиваю слабыми ударами маны, правда теперь больше на пол, уже не бью о стену. Стрелков ликвидирую маленькими файерболами размерами с теннисный шарик. Создаю на ладони и запускаю в последний полет в живот храбрым воинам, после чего они страшно кричат, пока внутри организма бушует пожар.
Валятся так же на деревянный пол и неистово дрыгают ногами, не в силах терпеть такую боль.
Да, со мной шутки плохи — это я всем наглядно показываю, поэтому активное сопротивление довольно быстро спадает. Правда на ногах осталось всего два лучника и два арбалетчика. Еще трое отдыхают на полу после моих ударов, а двое отходят со страшными криками, выпуская из себя продукты горения в виде вонючего дыма и криков боли.
Защитный купол все-таки показал потерю двадцати процентов своей защиты.
