Поглядев на замерших в любопытном ожидании женщин у входа, Александр Яковлевич как-то непонятно замялся, явно подбирая слова. Присел, упираясь коленом прямо в уличную пыль – так, чтобы их глаза были на одном уровне. Вздохнул, собираясь сказать явно что-то неприятное…
– Ваше сиятельство!
Выскочивший непонятно откуда мужчина попытался было приблизиться к оружейному магнату, но был моментально остановлен его охраной. Невнятно чертыхнулся, доставая из кармана удостоверение, сунул его в руки живого препятствия – которое уже отошло в сторону, услышав короткое:
– Пропустить.
Встав на ноги и на секунду прижав к себе девочку, уже начинающую подозревать что-то нехорошее, князь тихонечко попросил:
– Подождешь меня в гостинице?
– Дядя Саша… Что-то с мамой, да? Или с братиком?
Попытавшись хоть немного отстраниться и потерпев в этом полную неудачу (слишком уж сильно вцепились в него девичьи пальчики), работодатель Гликерии тяжело вздохнул и положил обе руки на тонкие плечики Ульяны, вновь прижимая ее к себе.
– Случилось, Уля.
После чего перевел взгляд на так торопившегося к нему мужчину и неохотно распорядился:
– Подробности!
– Марыся Адамовна нищим да разным голодающим попечительствовала – с год уже кормила-поила их и… привечала всяко, одним словом. От кого-то из этой братии холерой и заразилась.
Двенадцатилетняя девочка замерла, оцепенев.
– В общем… позавчера она заболела, а вчерашним полднем и на младенчика перекинулось. Врачи помочь не смогли.
Поглядев на мертвенно-бледную Ульяну, мужчина явно проглотил несколько фраз с излишними подробностями – она же, тоненько вскрикнув, отчаянно рванулась к дому, еще раз, еще – и обмякла, потеряв сознание. Князь, который эту потерю и обеспечил, отнял пальцы от ее сонной артерии и подхватил девочку на руки. Передал свой груз подскочившему телохранителю и жестом приказал продолжать печальный рассказ:
– Савватей Елпифидорович тоже заболел – но как-то полегче вроде. Сам до последнего с ними был.
А как один остался, сына поцеловал в лобик, да к Марысе Адамовне потянулся – только в един момент на лицо почернел и за грудь схватился… Доктор сказал – сердце не выдержало. Царствие им небесное!.."
"Вслед за охранником преставившегося купца второй гильдии Вожина перекрестились и все присутствующие при разговоре.
– Простите, ваше сиятельство, не уберегли.
Бешено полыхнув глазами, князь набрал в грудь воздуха и – разом потух.
