— И, уже в телефон: — Да? Совершенно верно, это телефона Максима. Нет, он не может подойти. Он принимает душ. Что-то передать? Кто я? — Кира поднесла к губам кружку и отхлебнула кофе. — Я — его невеста. Еще есть вопросы? Странно, — пожала плечами и положила телефон на стол. — Бросили трубку.
— Да? — неопределенно ответил Макс, уткнувшись в кружку. Вот Яночка, вот же дрянь. И что ей вспомнилось спустя полгода? В самый неподходящий момент? И сам он хорош!
— А скажи мне, милый, неужели у тебя все девочки так записаны в телефоне? «Яна-минет»? «Лиза-анал»? «Кира-не дам»?
— Перестань! Не там никакого «Лиза-анал»! Можешь сама посмотреть! Кира Артуровна Биктагирова есть!
— Какого хрена ты не удалил ее номер, если вы расстались? И неужели все то время, пока вы были вместе, она у тебя в телефоне так и значилась?!
— Нет.
Это я потом переименовал контакт, — Макс не помнил, когда ему было в последнее время так неловко.
— На всякий случай, — язвительно кивнула Кира. — Зачем удалять? Запасной аэродром.
— Да я сейчас удалю!
— Я сама удалю все, что мне не понравится! — ханский темперамент показывал себя во всей красе.
А потом Кира покачала головой. — Нет, это надо придумать! Яна-минет. Неужели так хороша в этом деле, что забыть не мог?
— Да не особо… — а потом вдруг, неожиданно для себя, сказал другое: — Хотя, если честно, да. Очень хороша. Качественно и с душой к делу подходила.
— Ах, вот кааак…
Макс понял, что сейчас что-то будет. Только вот с каким знаком? Но от следующей фразы все равно опешил.
— Я тоже хочу у тебя отсосать.
У него мгновенно окаменело лицо. Глаза стали холодные. Видно, как сжалась челюсть. Слова произнес, почти не разжимая губ. Бесцветным голосом.
— А я этого не хочу.
Да что же она творит?! К чему это все? Нелепый звонок, случайный, ничего не значащий для него — это очевидно. А она тут же готова сорваться в прошлое, которое тоже не должно уже ничего значить. И испортить их первое настоящее такое чудесное утро. Нельзя. Неправильно. И ее любимый этого просто не заслужил.
— Да, ты прав. Я тоже этого не хочу, — Кира резко подвинулась вместе с табуретом к нему, так, что Максу пришлось шире развести колени, чтобы дать ей место. — Я другое хочу сделать.
— Что? — его лицо немного расслабилось, но напряжение еще читалось."
"— Не бойся… это не страшно… — ее губы так близко, пахнут кофе и черникой. — Я всего лишь немножко поглажу тебя. Пальцами.
Только тут Макс сообразил, что полотенца его лишили. И через секунду — действительно. Пальцами.
