Ты должен отправиться туда за ответами».
МакГил широко открыл глаза и пристально посмотрел на Тора с неведомой для того силой.
«Наше королевство зависит от этого», – добавил он. – «Ты не такой, как другие. Ты особенный. До тех пор, пока ты не поймешь, кто ты, наше королевство никогда не узнает покоя».
МакГил закрыл глаза. Его дыхание стало поверхностным, каждое выдох выходил с придыханием. Его хватка на запястье Тора медленно ослабла. Тор ощущал слезы на своих щеках. У него кружилась голова из-за слов короля, когда он пытался понять их.
Он не мог сосредоточиться. Неужели он все услышал верно?
МакГил начал шептать что-то, но его речь была настолько тихой, что Тор с трудом разбирал слова. Он наклонился ниже, поднеся ухо к губам короля.
Король поднял голову в последний раз и, собрав последние силы, сказал:
«Отомсти за меня».
После чего МакГил внезапно застыл. Он лежал несколько секунд, а потом его голова откатилась в сторону. Его широко открытые глаза были застывшими.
Король был мертв.
«НЕТ!» – зарыдал Тор.
Должно быть, он рыдал достаточно долго для того, чтобы встревожить стражу, потому что через несколько минут он услышал, как позади него распахнулась дверь, услышал суматоху десятков людей, которые вбегали в покои. Разумом Тор понимал, что вокруг него было какое-то движение. Он смутно слышал колокола замка, трезвонившие снова и снова. Колокола продолжали звучать, резонируя с пульсом в его висках. Все превратилось в размытое пятно, когда несколько секунд спустя комната закружилась у него перед глазами.
Теряя сознание, Тор рухнул на каменный пол.
Глава шестая
Порыв ветра ударил Гарета в лицо и он поднял глаза, сдерживая слезы, к бледному свету первого восходящего солнца. День только начинался и, тем не менее, в этом удаленном месте, здесь, на краю Кольвьян Клиффс, уже собрались сотни членов королевской семьи, друзей и приближенных, которые прибыли в надежде принять участие в похоронах. Сразу за ними Гарет увидел сдерживаемую армией солдат толпу, стекающуюся сюда, – тысячи людей, издали наблюдающих за службой.
Горе на их лицах было подлинным. Сомнений в том, что его отца любили, не было.
Гарет находился в окружении своих ближайших родственников, в полукруге вокруг тела своего отца, которое лежало на досках над ямой в земле, в ожидании того, когда его опустят."
"Перед толпой стоял Аргон в темно-алой мантии, которую он надевал только на похоронах. Выражение его лица было непроницаемым, когда он смотрел на тело короля. Капюшон скрывал его лицо.
