– «Но я прогнала его».
«Что ты имеешь в виду?» – осторожно спросил Рис. – «Я думал, что вы близки».
Она хмыкнула.
«Больше нет. Не после того, что он сделал».
«А что он сделал?» – спросил парень с широко открытыми глазами.
«Как будто ты не знаешь. Как будто все королевство не знает, как он выставил меня на посмешище».
«На посмешище? О чем ты говоришь?» – спросил Рис. Его удивление казалось искренним.
Гвен рассматривала его лицо, видя, что Рис и правда не знает, что она имеет в виду. Это удивило ее. Она думала, что все королевство знает о ее позоре, что все смеются за ее спиной.
Может быть, все не так плохо, как она себе представляла. Возможно, все не так плохо, как сказал Альтон.
«Я слышала о его подвигах в борделе с теми женщинами», – сказала Гвен.
На Рисе лица не было.
«И от кого ты это слышала?»
Гвен помедлила. Она вдруг потеряла уверенность.
«От Альтона, конечно».
Рис улыбнулся.
«И ты поверила в это?»
Гвен посмотрела на него, чувствуя трепет в груди, спрашивал себя, неужели она совершила какую-то ужасную ошибку.
«Что ты имеешь в виду?» – спросила она.
«Я был там с ним в тот день», – рассказал Рис. – «Мы все были. Весь Легион. После охоты. Он не сделал ничего дурного. Это была скорее таверна, чем бордель. На самом деле, я был рядом с ним, когда вышли те женщины. Он был удивлен, обнаружив, что там вообще были женщины. На самом деле, Тор пытался сбежать. Парни вытолкнули его вперед. Он не вышел вперед по своей воле».
«Но, тем не менее, он вышел вперед», – в голосе Гвен слышалось обвинение.
Рис категорически покачал головой.
«Тебя дезинформировали. Тор ничего не делал. Он упал и отключился. Он упал на пол до того, как женщина смогла даже дотронуться до него. Тор не прикасался ни к одной женщине, уверяю тебя. Альтон солгал тебе. Именно Альтон выставил тебя на посмешище. Твоя гордость не пострадала».
Гвен почувствовала, как все ее тело вспыхнуло после этих слов. Девушка почувствовала одновременно и облегчение, и стыд. Она ошибалась насчет Тора. Гвендолин подумала о своих резких словах в его адрес.
Она не хотела называть его простолюдином. Девушка не знала, почему сказала это. Она звучала так надменно, так высокомерно, что была противна сама себе. Как она могла быть такой жестокой?
«Что именно ты ему сказала?» – спросил Рис.
Гвендолин опустила подбородок.
«Нечто глупое. Очень-очень глупое. Нечто, что я не хотела говорить».
Гвен была потрясена. Она подошла к брату и обняла его, а он обнял ее в ответ. Девушка плакала на его плече.
