– Да что тут знать! Мы со Стасом, Станиславом Сергеевичем Кауровым, познакомились еще в Чехословакии в восьмидесятом году. После окончания военных училищ нас распределили в один и тот же мотострелковый полк. Он был пехотинцем, я попал в разведроту. Узнали, что земляки, из одного города. Подружились. И жены наши нашли общий язык. Потом, через пять лет, меня как командира разведроты перевели в Афганистан. Затем Туркмения, солнечный Теджен. Ну и увольнение в запас. Я с семьей вернулся домой, к родителям. Отец умер еще в восьмидесятых, мама через год после нашего прибытия.
– Извините, а в Архиповке что, живут родственники жены?
– Да. Мама и брат с семьей. Я вот открыл небольшую частную контору и купил дачу. Будь она проклята!
– А Кауров?
– Стас? Он после Чехословакии попал на Украину, затем тоже в Афганистан, но уже позже. Потом увольнение. Вернулся в столицу, как и я. А встретились не так давно, случайно. Представляете, в метро! Спускаюсь я...
– Понятно. И извините, что перебиваю вас. Не будем терять время на лишние подробности.
Значит, вы встретились, и дружеские отношения возобновились, так?
– Конечно! Праздники встречали вместе, на отдых выезжали. Хотя Стас все время был очень занят.
– Почему?
– Работа у него такая на «гражданке».
– Извините за настойчивость, – вступил в разговор «штатский», – что за работа у Каурова?
– Да в каком-то НИИ. Испытатель. Вот он и вынужден большую часть времени проводить на полигонах.
– Научно-исследовательский институт? Какой, вы точно не знаете?
– Не знаю.
Интересовался, но Стас так и не сказал. Даже жена его, простите, покойная жена, не знала. Но у меня есть подозрения, что он продолжает службу в каких-то спецчастях.
– Насколько это достоверно?
– Личные впечатления. Не знаю, как вам это объяснить... Всегда он весь такой собранный, сосредоточенный, сжатый, как пружина. Словно находится в постоянной готовности к бою.
– Но если он испытатель, то подобная характеристика, которую вы ему дали, вполне подходит к его рискованной профессии.
– Может быть. Я просто высказал свои предположения.
– Телефонной связи с ним у вас нет?
– Непосредственно с ним нет! Но он оставил номер. На всякий, как он выразился, экстренный случай. По этому номеру Стаса быстро найдут и передадут сообщение.
– Это уже лучше. Дайте-ка этот номер!
– Минуту, – Лобанов достал записную книжку, долго ее листал, – вот, нашел. Записывайте...
Константин называл цифры, полковник Семенов нажимал кнопки своего аппарата.
