— Извини, что задерживаю тебя, — вдруг произнесла Инна Игоревна, опустив отстраненный взгляд на темную жидкость, которую она помешивала серебряной ложечкой. — Но кое-что мне нужно рассказать без участия лишних ушек.
— Новые инструкции?
— Скорее… моя личная рекомендация, — поправила она, встретившись с моими глазами. — Я знаю Вику с рождения — мне довелось работать домработницей в квартире её родителей. Поэтому я больше всех переживаю о душевном состоянии девочки.
Я слегка нахмурилась, не совсем понимая, о чем речь, и откликнулась неуверенным кивком.
— Так случилось, что несколько месяцев назад малышка потеряла родителей … — Инна Игоревна запнулась и тяжело сглотнула горький комок.
А у меня глаза расширились от услышанного, и сердце больно ухнуло в груди.
— О боже…
— Ты должна знать, что девочку никто не обманывал, — собралась пожилая няня, отогнав лишние эмоции в сторону. — О том, что родителей нет Вике сказали, и она может упомянуть об этом. Думаю, ты понимаешь, что не стоит развивать диалог на эту тему.
Марк Алексеевич очень заботится об эмоциональной стабильности девочки — регулярно проводит с ней сеансы терапии, так что я прошу тебя отнестись серьезно к той работе, которую он проделал.
— Конечно… — глухо произнесла я, прикрыв рот ладонью. Господи, бедный ребенок — я никак этого не ожидала! — Как это произошло?
Вопрос вырвался сам собой, хотя я не собиралась выяснять подробности. И моя собеседница не стала уходить от ответа.
— Авария. Они были очень занятыми людьми и часто возвращались домой поздно ночью.
В этот раз… не вернулись.
Некоторое время мы молча сидели, не прикасаясь к кружкам и каждый думая о своем. Немного собравшись с мыслями, я в какой-то момент осторожно спросила:
— Значит… Марк Алексеевич взял опекунство над Викки? Он был знаком с её семьей?
— Он родной дядя девочки. Это дочь его единственной сестры.
— О, — отозвалась я с искренним сочувствием.
Выходит мой работодатель совсем недавно потерял сестру…
— Да, — поддержала мои эмоции Инна Игоревна.
А затем приглушенно добавила, будто вовсе не собиралась говорить об этом: — Честно говоря, я не ожидала, что старший брат Анны возьмет опекунство над Викторией и сначала даже отнеслась к этому настороженно.
Я наклонилась чуть ближе к столу.
— Почему?
— Вика совсем не знала его. Да и я ничего хорошего не слышала об этом человеке с известной фамилией. Но теперь… я изменила свое мнение и уверенна, что лучше Марка Алексеевича никто не смог бы так о ней позаботиться.
