Альварес взвился в воздух, готовый впечатать носок ботинка иранцу под подбородок. Шахриар быстро шагнул в сторону, заготовленный удар пришелся в дверь. Хосе мягко приземлился на ноги.
Шахриар криво улыбался. Это была даже не улыбка. Это был оскал загнанного, но оттого еще более опасного хищника. Иранец нагнулся, намереваясь подхватить с пола оброненный рожок, но Локис, перевернувшись на спину, стремительно провел профессиональную подсечку.
Шахриар не устоял на ногах. Хосе бросился на него сверху. Террорист встретил противника ударом приклада в грудь и тут же откатился.
Хосе опустился на колени. Дыхание его сбилось. Бывший воспитанник приюта Marнa del Amparo опасался только одного: как бы Шахриар не переключил свое внимание на заложников. Дети, лежа на полу и прикрывая головы обеими руками, продолжали рыдать в голос. Они были слишком напуганы. Гораздо сильнее, чем когда все они просто стояли под прицелами автоматов незваных гостей. Хосе ли было не знать, какой страх способны испытывать люди в таком нежном возрасте.
Страх, который мог остаться у них в душе на протяжении всей дальнейшей жизни. Если, конечно, судьба эту жизнь им сегодня подарит…"
"Альварес энергично встряхнул головой, пытаясь вернуть самому себе утраченное чувство реальности, и пружинисто поднялся, оттолкнувшись от пола руками. Шахриару было не до заложников. Иранец стоял лицом к лицу с Локисом, держа автомат в правой руке наподобие дубинки неандертальца.
Владимир находился перед ним в профессиональной боевой стойке, готовый к атаке в любой благоприятный момент.
Альварес двинулся по большой дуге слева, заходя Шахриару за спину. Он догадывался, что предводитель террористической группировки прекрасно видит его за счет бокового зрения, но не может ни на секунду отвести взгляд от русского спецназовца. Владимир напрягся, ожидая именно этого самого момента. Хосе сдернул с пояса нож. Ему требовался всего лишь один прицельный бросок…
Шахриар понял это. Или почувствовал на уровне интуиции. Неприятель рассчитывал взять его в кольцо.
Не выйдет! Иранец сделал ложный замах, вынуждая Локиса рвануться в атаку, но Владимир на его финт не купился. Подобных ложных замахов спецназовец повидал в своей жизни не одну сотню. Он по-прежнему продолжал стоять в низкой стойке и выжидал ошибки со стороны противника. Правая нога Владимира, носок которой был слегка оторван от пола, готовилась к удару.
Альварес вскинул руку с ножом.
Шахриар не стал дожидаться броска. Он бросил сам.
