Я как раз собирался ужинать. Любишь рыбу?"
"– Вообще-то не очень, – признался Локис, переступая порог квартиры. – А ты один живешь?
– Один, как перст, – Хосе засмеялся и похлопал гостя по плечу. – Как при нашем образе жизни можно обзаводиться семьей? Постоянный риск, ты же знаешь. Так зачем доставлять близким людям боль? Правильно? Это эгоистично.
– Да, наверное.
– Ну, не стой же! Проходи, – Хосе посторонился. Кроме брюк, на испанце ничего не было. Босые ноги, голый торс, позволяющий лицезреть атлетическое телосложение наемника.
– А как ты меня нашел?
– Полковник Морильо дал мне адрес.
– А! Ну, видать, ты ему понравился. Просто так дать адрес человека, который… – Альварес резко осекся, и его глаза подозрительно сузились. – Постой-ка. А ты не по делу пришел?
– По делу, – Локис пожал плечами. – Есть очередное задание, Хосе. Я хотел, чтобы мы опять поработали вместе.
– Нет, извини, Володя, – Альварес привалился плечом к стене. – Ты, конечно, отличный парень, но на этот раз… Нет.
– Почему?
– Почему? – с грустной усмешкой переспросил испанец.
– Потому, что я так часто не работаю. Человеку требуется отдых. Любому человеку. Без отдыха никак нельзя. Мы провели отличную операцию, а теперь я намерен отдохнуть.
– Дело серьезное, – пустился в уговоры Владимир. – Тем более что оно напрямую связано с тем, чем мы занимались. Иранские террористы захватили заложников и требуют выдачи своего идеолога.
– Могу посочувствовать Морильо, – хмыкнул Альварес. – Но все равно нет. У меня отдых.
Так ты будешь проходить? Как насчет рыбы?
– Нет, я пойду.
Владимир знал, что не стоило так быстро сдаваться, и нужно было предоставить Хосе еще какие-нибудь веские аргументы, но, с другой стороны, он прекрасно понимал, что не вправе ничего требовать от испанца. С какой стати? У каждого своя жизнь. Хосе хочет отдыхать – прекрасно. Он имеет на это полное право.
Взгляд Локиса невольно остановился на афише, висевшей на стене справа от хозяина квартиры. Наверху большими желтыми буквами на зеленом фоне было написано «TORREMOLINOS».
Ниже располагались фотографии трех молоденьких тореодоров. Каждому на вид было не больше двадцати лет, но при этом все трое выглядели как настоящие испанские мачо. Парнишка справа держал в каждой руке по бандерилье, тот, что слева, с зализанными назад волосами, демонстрировал сложнейший пасс со шпагой, а испанец в центре, изображенный крупным планом, стоял, слегка повернув голову и гордо расправив плечи.
